Сетевая общедоступность книг — это месть разочарованного читателя. Читатель не желает платить деньги авансом, и он по-своему прав. Но литература не может стать совсем бесплатной. Нужны новые решения.
7 декабря завершилось голосование по премии «Имхонет». Автор этих строк занял почётное десятое место в номинации «Любимые журналисты» по критерию «количество проголосовавших» и ещё более почётное тринадцатое место по критерию «сумма вознаграждения» (то есть попал и в первую десятку, и в чёртову дюжину).
Почему один и тот же человек (я то есть) занял два разных места?
Постараюсь вкратце изложить принципы этой премии. Её инициатор (а также основатель рекомендательного ресурса www.inhonet.ru) Александр Долгин решил поэкспериментировать в области «постоплаты». Ситуация заставляет действовать: большинство текстов вываливается в интернет сразу; иногда добровольно, иногда пиратски.
Возникают две противоположные тенденции.
В общем и целом ситуация такова: чем больше текстов данного автора выкладывается в Сети, тем более этот автор становится популярен и, следовательно, тем выше в конечном итоге тиражи его произведений на бумаге. Те тиражи, за которые читатель платит деньги, из которых автор получает свой невеликий процент, причём не от розничной, а от отпускной цены.
Но это в общем и целом. В долговременной стратегической перспективе.
А в частности, здесь и сейчас, на короткой дистанции, наблюдается нечто прямо противоположное. Если какое-то произведение выложено в Сети, читатель сто раз подумает, покупать ли книгу. А тем более журнал или газету, если автор является журналистом, а не беллетристом.
Только потом, когда имя автора становится весьма популярным, тогда у потребителя возникает — точнее, может возникнуть — желание купить его книгу. То есть приобрести товар под известным брендом. Увы или к счастью, реальность именно такова. Прекрасно помню, как Белла Ахмадулина говорила в компании друзей — это было много лет назад, она тогда была женой Юрия Нагибина: «А вот возьму и попрошу написать на афише или на обложке: Изабелла Нагибина. И зал будет пустой, и книгу никто не купит».
Так или иначе, проблема оплаты писательского и журналистского труда несколько обострилась в эпоху сетевой общедоступности текстов. Мы, надо сказать, опять впереди планеты всей в смысле читательского демократизма: на Западе чёрта с два скачаешь свежеизданную книгу, а у нас — пожалуйста. Поэтому идея «постоплаты» интересна и актуальна. Что такое «постоплата»? Традиционно мы потребляем литературу и искусство по принципу «предоплаты». Сначала покупаем книгу, билет в театр или кино, в музей или на выставку. А потом читаем, смотрим спектакль или фильм, картины, скульптуры и разные инсталляции. Не понравилось — извините; билеты с просмотренного кинофильма назад не принимаются. Книжку можно снести к букинистам, но дисконт слишком велик, да и полдня пропадёт.
Вполне может показаться, что сетевая общедоступность книг — это какая-то глобальная месть разочарованного читателя. Но — слишком глобальная. Нужны новые решения. Читатель не желает платить деньги авансом, и он по-своему прав. Но это не значит, что должна наступить всеобщая бесплатность литературы. Поскольку даже в информационную эпоху люди должны что-то есть, где-то жить и во что-то одеваться — и писателей это тоже касается.
Книги — особенно новые, ранее не читанные книги неизвестных авторов — относятся к категории «опытных благ». Их качества выясняются в процессе потребления (пардон, чтения). Другой вид благ — «исследуемые». Которые мы оцениваем в процессе приобретения, как одежду или новогодние открытки. Деньги мы платим вперёд в обоих случаях, но в первом случае покупаем кота в мешке, ну разве что слегка высунувшего хвост.
Задача, таким образом, сделать книгу исследуемым благом. Прочитать, а потом купить. В Сети это означает: прочитать, а потом перевести автору некую сумму. Как говорится, сколько не жалко.
Премия «Имхонет» — вся про это. Там две номинации — «Любимые писатели» и «Любимые журналисты». Кроме того, есть особая графа читательских номинаций, ибо далеко не все авторы, даже весьма знаменитые, удостоились любви экспертов. Я, кстати, не знаю, кто эти эксперты и каковы критерии отбора. Но не будем придираться к слову «любимые»: любой лонг-лист столь же субъективен, как и шорт-лист и чемпионский титул.
Итак, читатель регистрируется на сайте и получает пятьдесят рублей в своё распоряжение. Эту сумму можно перевести на счёт одного автора, можно разделить хоть на пятьдесят. Впрочем, можно переводить и собственные деньги, и отдельные поклонники отдельных авторов этим воспользовались.
Разумеется, для того чтобы получить право голосовать и выдать любимому автору имхонетовские деньги, надо сначала оценить двадцать книг на «Имхонете», поскольку это рекомендательный сервис. Тем самым увеличить посещаемость ресурса и его, так сказать, экспертную мощность. То есть «Имхонет» о собственной выгоде тоже не забыл — но я думаю, что это справедливо. Таким образом, в результате голосования авторы получили от двухсот до двух тысяч рублей. То есть от суммы, сопоставимой с издательским гонораром, до суммы скорее символической. По результатам голосования видно, какая часть вознаграждения состоит из имхонетовского полтинника, а какая — из собственных денег голосующего. Это само по себе довольно поучительно: не все лидеры по голосам стали лидерами по собранным деньгам.
В любом случае такой опыт полезен. Возможно, «постоплата» по модели «Имхонета» приживётся. Возможно, возникнет какая-то другая версия, на основе сделанного.
Но остаётся и ещё один смысл премии. Более традиционный. Рекомендательно-оценочный. Какие писатели или журналисты у нас, грубо говоря, самые лучшие? Всякая премия отвечает на этот вопрос, выстраивает некую шкалу предпочтений — пусть даже с точки зрения капризного и своевольного жюри.
В этом смысле премия «Имхонет», как почти все новые затеи, не совсем понятна. Что обозначает, с чем соотносится распределение авторов по премиальной шкале? Как оценивать результаты?
Это явно не премия экспертов. Эксперты дали бы совсем другую картину.
Но это и не премия популярности, признанности. Особенно это видно в журналистском разделе. Многие, кого мы привычно называем знаменитыми, чуть ли не культовыми журналистами, скромно поместились во втором-третьем десятке. Мне, признаться, не совсем ловко видеть, что я опередил Ревзина и Рогова, Рубинштейна и Сапрыкина, Панюшкина и Пищикову и других весьма — и заслуженно — популярных авторов. Писательский раздел чуть более соответствует устоявшимся репутациям, но только чуть-чуть.
Далее. Это и не премия репрезентации (вот у нас романисты, вот у нас новеллисты, вот у нас светские репортёры, вот политические публицисты; вот либералы, вот совкострадальцы; вот почвенники, вот западники). Ничего подобного.
Наконец, это не премия-лотерея (причуда мецената).
Хотя все литературные премии расположены в этом четырёхугольнике. Если бы это были первые три типа премии, то состав номинированных и результаты голосования были бы совсем другими. Если бы это была премия-лотерея, тогда бы не нужен был учёт количества проголосовавших и учёт набранных денег. Кстати говоря, размер постоплаты в данном случае тоже мало о чём говорит на самом-то деле. Кто-то получил, условно говоря, десять тысяч рублей от двухсот проголосовавших. А кто-то получил эту сумму от одного человека. Ну и что? Кто ответит, что лучше? Иметь много бедных поклонников или одного богатого? Тем более что в данном случае не исключено, что муж жене или сын отцу перечислил некую вполне подъёмную, но в рамках премии внушительную сумму — как знак глубоко личной симпатии.
Интереснее всего повёл себя Слава Сэ, знаменитый блогер pesen_net и автор успешной книги про сантехника, кота и жену. Он получил больше всех денег — и голосов тоже. Сначала он был на третьем месте, после Дмитрия Быкова и Александра Архангельского. Но потом обратился к своим френдам в блоге с призывом «Обгоним Быкова!». И обогнали.
Почему-то вспоминается рассказ моего приятеля про боксёров. «А потом у нас было занятие по спортивной этике. Обсуждали, этично ли тайком есть котлету после контрольного взвешивания».
У меня нет ответа на этот вопрос. Я имею в виду не котлету, а открытое обращение к своим читателям-френдам с призывом голосовать за себя. Хорошо это или плохо в контексте данной литературной премии? Не знаю.
Представим себе на минуточку, что писатель NN попал в некий шорт-лист. И вот он обращается с открытым письмом к членам жюри: «Вася, мы с тобой десять лет сидели за одной партой! Петя, сколько раз я одалживал тебе деньги, забыл? Серёжа, я дал тебе путёвку в литературу, когда был главным редактором! Таня, ты мне клялась в любви душными коктебельскими ночами — докажи, что это были не пустые слова! Ребята! Проголосуйте за меня! Утрём нос проходимцу ZZ, накрутим хвоста графоману LL, дадим пинка подлецу SS!»
Конечно, в бумажной зоне это был бы скандал. А в электронной — в порядке вещей.
Пока мне неясно референтное значение премии «Имхонет». Что она отражает, какой, так сказать, внепремиальной реальности соответствует?
Легче всего пойти по пути Ганса Айзенка, который сказал: «Интеллект — это то, что измеряют тесты для измерения интеллекта». Такая вот простая и понятная рекурсия. Премия «Имхонет» отражает распределение голосов и денег, полученное в результате голосования по премии «Имхонет». И точка.
Эта неясность не страшна. Наоборот, она чрезвычайно любопытна. Возможно, в интернете мы обнаружим новую реальность — внестатистическую, так сказать. Для которой нет понятия о генеральной совокупности, выборке и достоверности. Частота упоминаний, количество комментариев и перепостов, мнение экспертов и разнообразных гуру, лояльность и мотивированность френдов — всё это сливается в постоянный флешмоб.
Возможно, такой флешмоб скажет о литературе и журналистике больше, чем существующие премии, которые погрязли во всём, в чём только можно погрязнуть. А некоторые — даже в том, в чём погрязать нельзя.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Прекрасное и без того трудно.
Музыка интерлюции. - Имя прозы.
Игорь Гельбах, «Очертания Грузии», Иерусалим, 2012. - Воля к форме.
2 мая 1886 года родился Готфрид Бенн, немецкий поэт, писатель, эссеист, одна из фундаментальных фигур немецкого экспрессионизма. - Конец публицистики.
Человеческая победа над злом – страдая, не озлобиться. - Мина Полянская: «Еврейский нос» – явление не анатомическое, а вполне «культурный продукт».
Акции оппозиции на Маяковке и Пушкинской площади были подробно и точно описаны Фридрихом Горенштейном еще в 1976 году. - Мина Полянская: «Набоков вспоминал о Берлине как о кошмарном сне».
Писатели третьей волны эмиграции. Отъезд и возвращение . - Альтернатива ЖЗ.
В рунете появилась первая абсолютно открытая библиотека толстых журналов. - К столетию со дня рождения Иштвана Эркеня.
Иштван Эркень. Пьесы. КомпасГид, 2012, 224 с., ил. перевод с венг. Татьяны Воронкиной. - Ricchi e poveri.
Психопатология обыденной жизни. - Нескончаемая жизнь искусства.
3 (15) мая 1891 года родился Михаил Афанасьевич Булгаков.
