В шестой части своих заметок о путешествии по Латинской Америке Олег Ясинский рассказывает о молочных поросятах «лечона», тростниковой водке «агуардьенте», божественной музыке «типле» и квартале терпимости Ибаге.
В шестой части своих заметок о путешествии по Латинской Америке Олег Ясинский рассказывает о молочных поросятах «лечона», тростниковой водке «агуардьенте», божественной музыке «типле» и квартале терпимости Ибаге.
Дорога красива. Благодаря обилию холмов и открывающихся за ними долин напоминает мне путь из Сантьяго в Вальпараисо. Правда, с той существенной разницей, что скорость общественного транспорта ограничена здесь, в отличие от Чили, 60 км в час…
Толима – это один из 32 департаментов Колумбии, расположенный в долине главной реки страны – Магдалены. Большая часть этих холмистых мест покрыта тропическими лесами, а на возделываемых землях выращивают рис, хлопок, кофе, какао и сахарный тростник.
Главный город Толимы – Ибаге, музыкальная столица Колумбии. Здесь находится лучшая консерватория страны и производятся знаменитые «типле». Типле – самый репрезентативный инструмент колумбийского фольклора. Он похож на гитару, но меньше ее, и в нем четыре тройных струны, настроенных по интервалам: кварта – большая терция – кварта.
Но если есть в Толиме нечто влекущее не меньше, а, может быть, даже больше, чем звуки типле. Это чудо, именуемое «лечона». По мере приближения к Ибаге это магическое слово повторяется всё чаще в виде надписей на проносящихся мимо придорожных ресторанах. Лечона – это румяный молочный поросенок, с хрустящей, только что из печи, темно-бронзовой шкурой и начинкой из мяса, гороха, риса, перца с луком и массы таинственных толимских пряностей. В настоящей деревенской кухне лечону подают на банановом листе с тростниковой водкой – «агуардьенте». С наступлением темноты церемония поедания лечоны сопровождается рассказами о духах и колдунах, которые в изобилии водятся в этих магических местах…
К обеду, одолеваемые свинскими мыслями о лечоне, приезжаем в город, созваниваемся со ждущим нас другом Лусианы и договариваемся о встрече. В предстоящем разговоре меня интересует в первую очередь взгляд бывшего партизана, хорошо и не понаслышке знающего историю своей страны.
Этот человек – Артуро – директор одного из ведущих отделов Общества Красного Креста департамента Толимы. Его работа – спасать жизни, и с опытом его прошлой истории мало кто в Ибаге умеет это делать лучше, чем он…
За полчаса до встречи звоним Артуро. Его телефон отключен. В течение последующих четырех часов – результат тот же. Около 12 часов ночи начинаем объезжать на такси представительства Красного Креста, которых в городе несколько. Бдительные коллеги Артуро нас не знают, поэтому никакой информации, кроме той, что его нет на работе, получить не удается…
Ищем отель, где переночевать, а потом какое-нибудь заведение, чтобы что-нибудь съесть. В провинциальных городках Латинской Америки, если это не богемная Аргентина, найти где перекусить в ночь с воскресенья на понедельник, практически невозможно. Но поскольку для нас невозможное возможно, мы в конце концов попадаем в квартал терпимости – единственное вечно живое место города. И восстанавливаем ослабевший энергетический баланс и вместе с ним надежду найти Артуро.
А мечты, как известно, всегда сбываются. У Лусианы звонит мобильник. Артуро приветствует нас из джунглей… Оказывается, вчера днем из-за дождей в горах под Ибаге был оползень. В каком-то дальнем горном «хуторе» рухнул дом крестьян. Несколько человек оказались под обломками. Из-за отсутствия коммуникаций, чтобы добраться до места событий, необходимо было 6 часов подниматься под проливным дождем тропами сельвы, потом разгребать вручную обломки дома, а потом на импровизированных носилках вчетвером выносить раненых…
Раньше жизнью Артуро было его участие в Движении М-19. После поражения военного и политического проекта М-19 его жизнью стала работа в Красном Кресте. Для решения обыденных ЧП, связанных в основном с несчастьями в труднодоступных горных районах провинции, партизанский опыт Артуро оказался просто незаменим…
Наконец мы встречаемся на входе во двор, ведущий в его офис. Артуро – маленький, очень худой, чем-то похож на горного зверька. Он в униформе колумбийского Красного Креста, по пояс в грязи, больше суток не ел, не спал и не носил сухой одежды. У него лицо счастливого человека, который знает, зачем живет.
Мы сидим в маленькой беспорядочной комнате, которая является его кабинетом. Он курит сигареты одну за другой, и мы нащупываем темы для начала разговора… Мне трудно привыкнуть обращаться на «вы». Артуро привык говорить «ты» только ближайшим родственникам и нескольким самым близким друзьям. Во многих местах колумбийской провинции – это норма.
…В ходе разговора он дает несколько практических рекомендаций по поводу моих предстоящих прогулок… Говорит о неизбежности трагедии соседнего городка Кахамарка, который в ближайшие месяцы или годы обязательно накроет оползень, такой же, как когда-то в Армении. О том, как во время захвата селений Толимы партизаны из ФАРКа добивали раненых солдат и полицейских (впрочем, точно так же, как и армия или парамилитарес - раненых партизан). О том, как патрули одних или других останавивали машины Красного Креста и требовали, угрожая персоналу, выдать истекающих кровью людей, вывезенных с поля боя раненных. И тогда приходится становиться между дулом автомата и задней дверью «скорой помощи»... Эта война давно потеряла всякий смысл… И нет для нее более точного определения, чем братоубийство.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
