К концу своего правления Юрий Лужков наконец нащупал свою эстетическую и историческую идентичность. Его антигерой, судя по статье в «Московском комсомольце», — Егор Гайдар. Его кредо — Речник должен быть разрушен. Его герой — товарищ Сталин.
«Когда мы видим, как сносятся памятники, это возмущает нас, — сказал мэр, вероятно имея в виду тех, кто обвиняет его в последовательно варварском уничтожении исторического облика Москвы. — Мы должны иметь иммунитет, когда из нашей истории вычёркиваются личности». Как же, вычеркнешь из истории товарища Сталина, если подчинённые href="/hub/yurij_mihajlovich_luzhkov">Лужкова ухитрились «восстановить справедливость», прославив генералиссимуса на станции метро «Курская»…
Эти слова сказаны московским градоначальником на заседании столичного правительства. Плакаты с изображением Сталина, точнее, как передают агентства, «информационные (! — А.К.) стенды, посвящённые роли Сталина как Верховного главнокомандующего в годы Великой Отечественной войны» будут размещены «не только к 65-летию Победы, но и на последующих торжественных мероприятиях». Таковы представления московского начальства об «объективной истории».
Как раз в эти дни мне довелось беседовать с деканом только что организованного в Высшей школе экономики факультета истории, известным российским историком Александром Каменским, об исторической памяти россиян. Поиски и строительство новой национальной идентичности — процесс естественный и болезненный, сказал Каменский. И если в начале 1990-х, согласно социологическим опросам, эта идентичность осмыслялась через образ реформатора — Петра I, то сейчас историческая память обостряется в связи с именем Сталина. Правда, заметил профессор, есть в этой ситуации и оптимистический момент — до молодёжи вся эта ползучая ресталинизация не доходит. Для новых поколений это далёкая история. Но тем опаснее «информационная» политика московских властей: с помощью плакатов они делают эту историю близкой.
Как раз в эти дни исполнилось 80 лет одной из самых знаменитых, наряду с «Годом великого перелома», статей Сталина — «Головокружение от успехов», в которой вождь, виртуозный пиарщик, сделал вид, что он готов идти на послабления в принудительном обобществлении крестьянского имущества и плодов труда. И это после того, как он лично ездил в Сибирь и железной рукой загонял людей в колхозы. Кажется, московское начальство тоже испытывает род схожей болезни. Назовём её в честь искромётной миграционной политики московского начальства, ищущего корень преступности в гастарбайтерской среде, «головокружением от узбеков»…
Кажется, у Юрия Лужкова свои счёты с историей, что отчётливо видно по архитектурной политике. Гостиница «Москва», Военторг, гостиница «Россия», надругательство над «Детским миром» и ряд более мелких прегрешений — это всё какие-то игры с историей, воплощённой в архитектуре. Череда разрушений и новоделов логическим образом должна была закончиться плакатами, прославляющими Сталина и его роль в годы войны. Притом что профессиональным историкам не нужно рассказывать об уничтожении цвета российского военного истеблишмента, о неготовности к войне, о катастрофе, которой обернулся весь 1941 год, о невероятных человеческих потерях, которых можно было избежать, если бы не генералиссимус. Впрочем, в своём знаменитом тосте о «винтиках» и терпеливом русском народе, который должен был простить своему правительству военную бездарность и простил, говорил сам тиран. Если Лужков не верит историкам, так пусть поверит самому генералиссимусу и перечитает текст его тоста, пережившего века.
Товарищ Сталин особенно пикантно будет смотреться в декорациях Москвы — города контрастов, пробок, непролазных луж, взятых напрокат из гоголевского «Ревизора», бездумной точечной застройки, на которую почему-то всегда находится разрешение городского начальства, и крайне агрессивных горожан, пихающих друг друга локтями в метро и бамперами на улицах. Как заметил правозащитник Лев Пономарёв, «видимо, он (Лужков. — А.К.) хочет уйти таким образом от дискуссий по обвинению в коррупции, ухудшению социальной жизни в Москве».
Эти слова находят своё подтверждение в социологии. О том, как москвичи воспринимают своего мэра, красноречиво свидетельствует хотя бы недавний февральский опрос Левада-центра, касающийся Лужкова и Батуриной, кстати, давно мечтающей отремонтировать находящийся в безобразном состоянии город Венецию. 57% респондентов считают, что мэр контролирует московские суды и они не решаются идти против него. А 65% полагают, что Елена Батурина стала долларовым миллионером при помощи своего мужа.
Тем не менее я уверен, что все разговоры и заявления о Сталине не имеют отношения к отвлечению внимания москвичей от коррупционных проблем. Лужков — политик искренний. Он был искренен, когда своей статьёй в «Московском комсомольце» плюнул в могилу Егора Гайдара. Он искренен, когда говорит, что Сталина нельзя вычёркивать из истории.
Это такие убеждения. Такие представления о жизни. Отчасти являющиеся следствием долгого отсутствия ротации на хозяйственно-политическом олимпе одного из самых больших мегаполисов мира.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
