Архангел Михаил известен прежде всего как великий полководец, архистратиг. Он победитель самого Сатаны, он князь великий, стоящий за сынов еврейского народа. По преданиям, он спасает Авраама из огненной печи, а Исаака — от ножа Авраама. Это он ведёт народ по пустыне в Землю обетованную, и он же даёт Моисею скрижали Закона. Его называют хранителем магических слов, которыми были сотворены небо и земля. Его видели у врат рая с огненным мечом, и это именно он несёт на небо тело умершей Богородицы.
Архистратигу Михаилу посвящено несколько праздников. Главный и самый древний из них отмечают 21 ноября. Он был учреждён в 363 году Лаодикийским собором, который признал ересью учение об ангелах как творцах и правителях мира, но сохранил их культ. Официально праздник называется Собором архистратига Михаила и прочих Небесных сил бесплотных. То есть ангелов. Поэтому для начала стоит сказать несколько слов о том, кто вообще такие ангелы.
Иоанн Дамаскин определяет: «Ангел есть сущность, одарённая умом, всегда движущаяся, обладающая свободною волею, бестелесная, служащая Богу, по благодати получившая для своей природы бессмертие». Ангельский доктор Фома Аквинат уточняет: «Бог управляет телесным миром посредством ангелов». «От Божественных энергий, — разъясняет Алексей Лосев, — они отличаются тем, что они — тварны, т.е. субстанциально инобытийны, в то время как Божественные энергии субстанциально неотделимы от самого Бога и потому суть сам Бог. Бесплотные силы, как идея всего дальнейшего инобытия, осмысливают и оформляют всё инобытие, и потому учение об ангеле-хранителе является совершенно элементарной диалектической необходимостью. Не только человек, но и всё, что существует на свете, каждая мельчайшая песчинка имеет своего ангела-хранителя».
Лосев уверяет, что такие ментальные структуры, как «категория» Канта, «понятие» Гегеля, «эйдос» Гуссерля, «гипотеза» Когена и Наторпа, «есть только внутренне опустошённая ангелология. Эти структуры, несомненно, умны, бесплотны; они осмысливают и оформляют всё бытие и в этом смысле суть его «хранители». Но всё-таки ангел — это не просто схема, это существо, осмысляющее и, таким образом, оформляющее подведомственную ему сферу бытия: комара, гражданина Медведева, сорт пшеницы, звезду, государство или какой-нибудь банк. Ангел — живой смысл вещей. Сам он бесплотен, обитает вне пространства и времени. Но может являться в нашем телесном мире, как, например, тот же Михаил явился священнику Архиппу в Хонех и ударом жезла отвёл бурлящий поток от его храма. Ангела даже можно осязать, как осязал его Иаков, боровшийся с неизвестным во сне и получивший в результате схватки травму ноги.
Как бесплотные существа действуют в нашем трёхмерном мире? Аквинат пишет: «Ангел входит в соприкосновение с данным местом единственно посредством своей силы. Стало быть, перемещения ангела сводятся к последовательному приложению его силы к разным точкам». И уточняет: «Ангел перемещается в прерывном времени. Он может появляться то здесь, то там, и между этими точками не будет никакого временного промежутка. Нельзя назвать начало и конец движения ангела двумя мгновениями, между которыми существует временной промежуток; точно так же нельзя сказать, что начало движения охватывает отрезок времени, завершающийся мгновением конца движения. Начало — это одно мгновение, а конец — другое. Между ними вовсе нет времени. Можно сказать, что ангел перемещается во времени, но не так, как перемещается тело».
Автор теории морфогенных полей Руперт Шелдрейк считает, что идея Фомы о движении ангелов отсылает к квантовой физике: «Фотон находится в одном месте в тот момент, когда, например, свет исходит от Солнца, и в другом месте — в тот момент, когда солнечный свет соприкасается с чем-либо на Земле. Временной интервал между этими мгновениями составляет около восьми минут. Таким образом, мы можем приписать свету скорость. Но согласно теории относительности, — и это был один из отправных пунктов для Эйнштейна — с точки зрения самого фотона не происходит никаких временных затрат. Между светом, исходящим от солнца, и светом, соприкоснувшимся с земным объектом, существует мгновенная связь. Фотон не стареет» (подробнее здесь).
Как видим, современные представления о движения квантовых частиц имеют те же ментальные корни, что и томистская идея движения ангелов. В современной фантастике это, кажется, называется «нуль-транспортировкой». Как бы то ни было, ангелы, которых духовидцы часто описывают как существа света, вполне могут обладать корпускулярно-волновой природой. Они бесплотны, как волны, распространяющиеся в некоем ангельском поле, и они телесны, поскольку являются человеку в вещественном мире. Но только это особая телесность. Быть может, лучше всего назвать её виртуальной. И включить телевизор. Сюжеты, которыми он наполнен, конечно, сработаны ангелами, поставленными на службу пропаганды. Медиа — сегодня одна из самых заметных сфер их деятельности. Речь не о том, что какой-нибудь Константин Эрнст — ангел. Но кто будет спорить с тем, что за ним есть надёжный ангел-хранитель?
Вернёмся на небеса. Дионисий Ареопагит, чья таксономия ангелов считается классической, различает три тройственных порядка иерархии небесных сущностей. По убыванию близости к Богу это, во-первых, серафимы, херувимы и престолы. Во-вторых, господства, силы и власти. В-третьих, начала, архангелы и ангелы. Девять ангельских чинов. Михаил — архангел. То есть относится к низшей, третьей иерархии ангельских чинов. Однако сумел подняться очень высоко. Как это поётся в революционной песне: «Кто был ничем, тот станет всем».
Так случилось, что самый могущественный, прекрасный и высокопоставленный ангел Люцифер возгордился и восстал против Бога. Ситуация была критической, ибо к смутьяну примкнуло множество ангелов разных чинов. Но другие ангелы ещё колебались. И тут Михаил призвал тех, кто колеблется, остаться верными Богу. Доблестный архангел возглавил армию ангелов, не отступившихся от Божества, и победил Люцифера, низвергнул его вместе с приспешниками в преисподнюю. В результате там возникло царство во главе с Сатаной (Люцифером) и с такой же ангельской иерархией, как на Небе. Но только падшие ангелы стали называться уже не ангелами, а чертями. При этом их ангельская природа сохранилась.
В книге пророка Иезекииля Сатана называется херувимом. Фома Аквинский детально обсуждает вопрос, как могло случиться, что он восстал. Это поучительно: «Херувим значит «знающий», а серафим — «огненный» или «воспламеняющий». Первое наименование говорит о знании, которое совместимо со смертным грехом; второе — о пылающей любви, которая с грехом несовместна. Вот причина, чтобы считать первого падшего ангела скорее херувимом, нежели серафимом. Имена двух ангельских чинов, серафимов и престолов, не причисляются в Библии к злым духам, ибо имена сии означают нечто несовместимое со смертным грехом, то есть пылающую любовь и присутствие Божие. Но демоны называются «херувимами», «силами» и «началами», поскольку слова сии означают знание и силу, каковые есть как у добрых, так и у злых. Если считать, что у греха есть движущая причина, тогда ясно, что величайшие из ангелов должны были, скорее, впасть в грех: как мы видели, прегрешением дьявола была гордыня, а движущая причина гордыни — природное превосходство».
Многие считают, что история борьбы ангелов идёт из иранской мифологии, где бьются Ормузд и Ариман. Другие вспоминают войну титанов и олимпийских богов. Вообще же мифы о войнах богов есть у всех народов. И у каждого — свои особенности. У евреев эта история связана с их избранностью. Объясняя устройство нижней ангельской иерархии (начальств, архангелов и ангелов), Дионисий Ареопагит говорит: «Библия вверяет священноначальство над нами ангелам, когда называет Михаила князем иудейского народа, равно как и других ангелов князьями других народов». То, что у каждого народа имеется свой ангел, совершенно естественно, раз уж свой ангел есть у всякой пылинки. Но то, что еврейскому народу достался ангел, победивший самого Сатану, весьма показательно. Это объясняет удивительные свойства избранного народа, ведь ангел, как было сказано выше, — это то, что формирует подведомственный ему объект.
Тут не всё так уж просто. В конце концов, и у других народов есть свои ангелы. И что же, эти ангелы несовершенны? Так получается, коль скоро подведомственные им народы молились каким-то неистинным богам, то есть вели себя приблизительно так, как когда-то вели себя падшие ангелы. И только иудеи, чьим князем является Михаил, победивший восставших, остались верны Богу (язычник бы уточнил: своему богу). Впрочем, Дионисий встаёт на защиту действующих в истории ангелов: «Если кто спросит: как же один только еврейский народ удостоен был Божественных откровений? — На это должно отвечать, что уклонение других народов к ложным богам не должно вменять доброму правлению ангелов; но сами народы добровольно отпали от прямого пути, ведущего к Богу, по самолюбию, гордости и безрассудному почитанию вещей, в которых они думали находить Божество». То есть проблема в свободе, которую Бог дал человеку, ангелы же не виноваты в том, что люди ею так дурно пользуются.
О том, что Михаил князь еврейского народа, мы знаем из книги пророка Даниила, которому явился некто в человеческом облике и объяснил (среди прочего), почему не явился раньше: «Князь царства Персидского стоял против меня двадцать один день; но вот Михаил, один из первых князей, пришёл помочь мне, и я остался там при царях персидских» (Дан. 10:13). Речь о военных операциях, которые ведут невидимые силы (руками людей). И персидский ангел явно противостоит Богу (которого представляет ангел, беседующий с Даниилом), но на помощь богу приходит Михаил. То есть повторяется схема восстания ангелов. Так что зря Дионисий пытается представить ангелов, отвечающих за народы, существами, которым нельзя вменить поступки их подопечных. «Князь царства Персидского» явно заодно с «царями персидскими», он стоит против Бога евреев и против князя еврейского народа Михаила.
Бога не видел никто, он за пределами этого мира. С пророками говорят ангелы, они же действуют в природе и истории. Тем не менее представление о Едином Всевышнем Боге есть у любого, даже самого примитивного народа (это с удивлением фиксируют этнологи). Сотворив всё видимое и невидимое, Всевышний почил от дел, и далее в мире действуют силы, которые Он сотворил. В авраамических религиях (иудаизме, христианстве, исламе) эти силы называются ангелами. В других религиях это самые разнообразные божества («Всё полно демонов и духов», — говорит Фалес). Функции у них те же самые, что и у ангелов: осмыслять, оформлять, охранять подведомственные им зоны мира. Они могут называться ангелами. А могут называться как-то иначе. Например, в Риме они назывались гениями.
Гений (ангел) есть у каждого человека, рода, народа, страны. Михаил — это гений еврейского народа, он то, что сплачивает этот народ, создаёт его неповторимую физиономию, определяет судьбу. Вовсе не обязательно верить в то, что это народ, избранный Всевышним, но невозможно усомниться в том, что у еврейского народа есть гений, который его, если угодно, избрал (как другие гении «избрали» другие народы). Избрал и оформил по своему, так сказать, образу и подобию. Поэтому характер архангела Михаила — это парадигма характера подведомственного ему еврейского народа. Поднявшись из самых низов ангельской иерархии, Михаил занял центральное место на Небесах (прямо как Иосиф — в Египте). Руководит ангельскими чинами и, конечно, непримирим к ангелам тех народов (вроде персидского или египетского), которые допускают отклонения от истинного пути и угнетают его народ.
Не надо сомневаться: именно высокопоставленный ангел Михаил устроил так, что вера евреев в то, что их национальный бог и есть Бог Всевышний, шагнула (в виде христианства и ислама) далеко за пределы иудейской ограниченности. Распространившись на другие народы, эта вера наложила на жизнь язычников иудейскую матрицу. Культура новообращённых была переформатирована, стала в определённом смысле иудейской. В частности, боги этих народов стали представляться как противники Бога евреев, вошли в тот же дьявольский разряд, что и падшие ангелы. Но зато теперь любой верующий человек может иметь такого мощного покровителя, как Михаил. Без него человек — просто человек. А с архангелом, сумевшим загнать в ад лучших из лучших, человек несёт в душе мощный заряд движения вверх и наивную веру в то, что тот, кто стоит у него на пути, — сатана, которому самое место в пекле.
Но став главным ангелом православных небес, Михаил, конечно, остаётся «князем иудейского народа». А как же иначе? Не может же ангел вдруг ни с того ни сего изменить свою природу. Если бы он её изменил, то был бы уже не Михаилом, а кем-то другим. С теми, кто этого не понимает, случаются всякие конфузы. Вот, например, был такой Союз Михаила Архангела, черносотенная организация, отпочковавшаяся от прославившегося еврейскими погромами Союза русского народа. Союз Михаила Архангела в погромах замечен, кажется, не был, но боролся за лишение иудеев избирательных прав, проводил массовые кампании по разоблачению иудейских и либерально-масонских интриг. Как это понимать? Да так, что архистратиг сплотил в свой союз не очень умных людей, чтобы их руками карать забывающих Бога евреев и одновременно дискредитировать русских. Мучить свой народ руками туземцев — это, судя по Библии, любимое занятие Бога евреев. Но и потешаться над туземными дураками Ему тоже, как видите, нравится.
