Франция до сих пор не может успокоиться после выборов в Европарламент, их итоги — тема номер один в общественной жизни. В целом при рекордно низкой явке в ЕС налицо явный «крен вправо», левые и центристы в большинстве случаев потерпели поражение в странах Старой Европы, вступивших в ЕС до 2004 года, а крайне правые партии совершили неожиданный прорыв.
Французы нарушили свою традицию «наказывать» на европейских выборах правящую партию. Раньше почти всегда результаты выборов, не влияющих на состав правительства, были нерадостными для власти. Но теперь впервые за 30 лет партия президента получила почти 30% голосов.
Вообще из французской политической палитры в ЕП прошли партии Николя Саркози (Союз за народное движение), Мартин Обри (Социалистическая партия), Франсуа Байру (Союз за французскую демократию), Жан-Мари Ле Пена (Национальный фронт) и зелёные Даниэля Кон-Бендита.
Конечно, чисто формально победила партия Саркози, увеличившая своё представительство в Европарламенте почти вдвое, с 17 до 30 мест. В Елисейском дворце видят в этом доказательство, что антикризисная политика Саркози, несмотря на растущую в стране критику, пользуется поддержкой. Ещё на президентских выборах 2007 года Саркози объявил себя спасителем, который исцелит Францию возвращением «власти, достоинства, послушания». Он никогда этого не произносит, но его девиз — «Порядок». Саркози обвинял во всех бедах французского общества «недееспособных, лицемерных и ничтожных» социалистов: «Они защищают общественный транспорт, но никогда им не пользуются, ратуют за государственные школы, но не отправляют туда своих детей, они обожают пригороды, но не живут там, говорят о всеобщем интересе, но баррикадируются за стенами кумовства и корпоративности, подписывают петиции, когда из домов изгоняют незаконных жильцов, но никогда не примут ни одного из них у себя дома, восхваляют идеи Европейского сообщества, но порочат национальную идею, разжигают ненависть к семье, обществу, государству, нации, республике».
В стане Саркози уверены, что победа партии президента на выборах в Европарламент — результат успешного председательства Франции в ЕС в 2008 году, улучшившего имидж 23-го президента Французской Республики в Европе и в мире. Перед выборами в ЕП Саркози говорил о роли, которую ЕС может сыграть в урегулировании последствий экономического кризиса, предложил создать единый европейский организм контроля за деятельностью банков, единую европейскую структуру по закупкам газа, «чтобы Европа обладала настоящими сильными аргументами перед лицом наших поставщиков», и грозил введением налога для нарушающих европейские нормы выброса углекислого газа в атмосферу предприятий. Саркози убеждал избирателей, что «Европа должна подать пример», и выражал уверенность, что Франция последует за ним. Она и последовала.
При этом налицо общее усиление оппозиционных и радикальных настроений французского общества. Если учитывать, что десятилетиями во Франции было примерное равенство правых и левых, а исход выборов решали несколько процентов голосов, трудно не согласиться с газетой Le Figaro, назвавшей французский результат европейских выборов «предвестником политического землетрясения».
Французские левые потерпели историческое поражение. Их, можно сказать, обошли все — и справа, и слева. Правее партии Саркози во Франции Национальный фронт Жан-Мари Ле Пена, известный крайне националистическими взглядами. Бессменный лидер основанного им в 1972 году Национального фронта, Ле Пен 25 раз был осуждён за оправдание военных преступлений, разжигание межрасовой ненависти, антисемитизм, попытку пересмотра преступлений против человечности, оправдание гестапо и прочее. Чтобы не допустить председательства Ле Пена на первой сессии Европарламента 14 июля 2009 года, депутаты изменили регламент. Согласно прежнему сессию вновь избранного парламента должен открывать старейший депутат, то есть в данном случае 80-летний Ле Пен. По новым правилам сессию откроет президент Европарламента Ханс Герт Пёттеринг, а если он не будет переизбран, то один из вице-президентов. Как заявил лидер фракции социалистов в Европарламенте Мартин Шульц, политик, считающий газовые камеры просто одним из эпизодов войны, не может быть удостоен чести открывать сессию Европарламента. По мнению лидера либералов Грэхэма Ватсона, европейским политикам нужно не ограничивать Ле Пена в парламенте, а добиваться, чтобы он не был избран. Однако пока что избрание Ле Пена в ЕП отражает беспокойство французов и других европейцев за свою идентичность, хотя вся история Европы основана на смешении народов и культур.
Главной неожиданностью выборов во Франции стал успех «Европейской экологии», возглавляемой Даниэлем Кон-Бендитом, известным в Европе участником выступлений студентов 1968 года по прозвищу Красный Дани, попеременно баллотирующимся то в Германии, то во Франции. Зелёные набрали 16,2% голосов, отстав от социалистов лишь на 1%, а в Большом Париже и некоторых департаментах вообще обошли их. Для Красного Дани, ставшего зелёным, это ошеломляющий успех. Вообще, «Зелёные» — это единственная европарламентская фракция, чей вес увеличился, она имеет теперь 52 места, более 7% ЕП. Зелёные сумели занять нишу социалистов и предложили французам более социально направленные, нацеленные на заботу о нуждах избирателей и защиту окружающей среды программы. Как отметил Эрмете Реалаччи, ответственный по окружающей среде Демократической партии Италии: «Если бы я был французом, я бы голосовал за партию Кон-Бендита. В сложный для Европы момент успех экологистов означает новые возможности борьбы с кризисом и толчок экономике для его преодоления».
Ещё один политик, лидер центристов Франсуа Байру, выступал одновременно и с жёсткой критикой Саркози, которого обвинял в излишнем экономическом либерализме, и социалистов — за план чрезмерного вмешательства государства в экономику. Поскольку Франция проходит через тяжёлый кризис экономики и социальной сферы, который сопровождается кризисом власти и нарушениями демократии, Байру подчёркивал тяжёлое финансовое положение многих слоёв населения, безработицу, расовые проблемы, конфликты между различными социальными группами. Байру убеждён, что «противоборство этих партий лишь ослабляет Францию», а их деятельность «противоположна тому, что необходимо стране». Но Байру не сумел убедить французов в своём здравомыслии, а после устроенного на теледебатах скандала получил всего 8,5% голосов, при этом в загоне оказалась и центристская идея.
Но прежде всего выборы в Европарламент стали тестом на прочность для французской Социалистической партии, который она и провалила. Социалисты лишились почти половины мандатов в ЕП, хотя избиратель в кризисное время должен бы, наоборот, винить в своих бедах власть, а не оппозицию. Ведь когда избиратель зол на неолиберальный капитализм, он по логике должен пойти за социалистами, предлагающими жёстче регулировать рынок. Провал нанёс лидеру социалистов Мартин Обри катастрофическое поражение. Причина, как признают сами деятели главной оппозиционной партии, в «разобщённости левых сил», «разброде в стане противников политики Саркози». Вывод Обри — «партия не получила доверия, она нуждается в коренном обновлении».
Что и требовалось доказать. Партия социалистов Франции, возрождённая президентом Франсуа Миттераном в 1971 году, переживает не лучшие времена. Французские левые находятся в оппозиции с 1995 года, после окончания второго президентства Миттерана. В 2002 году партия, получив большинство почти во всех региональных советах и места большинства мэров крупных городов, в том числе Парижа, потерпела двойное поражение — на парламентских и президентских выборах. Последним премьером-социалистом был Лионель Жоспен при правом президенте Жаке Шираке. На протяжении долгой истории страны соцпартия была ведущей политической силой Франции, нынешнее нахождение в оппозиции явно затянулось.
Показательно, что с 2002 года у французских левых нет единства в руководящих органах. Франсуа Оллан, гражданский муж Сеголен Руаяль, не умел сплотить партию, и Руаяль решила расстаться с мужем и баллотироваться на его место лидера. Внутри партии имелись самые разные течения. Как отмечают аналитики, «социалисты не нашли для себя современной идентичности и общей цели, которая бы их сплачивала». Результаты президентских и парламентских выборов 2007 года оказались плачевными. Победил Николя Саркози — решительный противник левых, открыто объявивший о своей цели «поквитаться с наследием 68-го года», а представитель правых Франсуа Фийон сформировал правительство. Проигравшие президентские выборы социалисты вину за поражение в 2007 году возложили на Руаяль, и лидером левых стала мэр города Лилля Мартин Обри, дочь экс-главы Еврокомиссии Жака Делора. Обри обещала удержать партию от раскола и тяготения к центру, сохранить идеалы левого движения. Избрание Обри, бывшего министра труда, автора закона о 35-часовой рабочей неделе, стало победой классического социализма в привычном французам варианте, с упором на социальную защищённость трудящихся, на государственную поддержку. Руаяль же присущи относительно умеренные взгляды, склонность к сотрудничеству с центристами с целью сделать партию более проходной на выборах в 2012 году. Не надо забывать и о том, что в партии прекрасно известно, что мужеподобная Обри, слегка напоминающая Ангелу Меркель, и амбициозная элегантная Руаяль не просто непримиримые политические противницы, а откровенно ненавидят друг друга.
В общем, французская Социалистическая партия тяжело больна, и поэтому левые не сумели извлечь политических дивидендов из мирового экономического кризиса. Правые оказались более консолидированы и победили. На риторический вопрос европарламентария-социалиста «Если социалисты не могут выиграть теперь, то когда они вообще смогут выиграть?» ответ даёт Сара Хейгман из брюссельского Центра европейской политики: «Они наказаны за то, что не смогли предложить убедительную альтернативу инициативам правоцентристов».
Так что французские левые получили хороший урок — мало иметь перед собой благоприятную политическую ситуацию. Надо ещё уметь ею воспользоваться. Социалистам надо было представить избирателю программу, альтернативную программе правых и центристов, но с этой задачей они не справились. В период кризиса избиратель предпочёл знакомых политиков и знакомые рецепты решения проблем, не доверяя предложениям социалистов, тоже давно знакомым и даже надоевшим. В любом случае французским левым нужна большая работа над ошибками.
Ведь если граждане почти не ощущают роли ЕС в своей повседневной жизни и избирательная кампания шла вокруг внутренних проблем страны, то результат выборов — это рейтинг политических партий перед национальными выборами. В кризисы всегда растёт спрос на крайних или неординарных, но при этом в Дании, Румынии, Греции, Швеции, на Мальте оппозиционные социал-демократические и социалистические партии одержали победу, как и правящие социалисты в Словакии. Там, где местные левые могут реалистически учитывать интересы своих избирателей, они вполне способны одержать победу.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
