Количество китайских мигрантов в нашей стране неизвестно даже в смысле порядка величины, любые приводимые цифры являются личными оценками авторов.
Дело, однако, не в сегодняшнем количестве, а в том, что на территории России китайские мигранты уже создали свои устойчивые сообщества, которые позволяют принимать и адаптировать практически любое количество своих соотечественников. И действуют эти сообщества не только в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке, а по всей стране, включая Москву и Питер. В самом же Китае количество внутренних мигрантов почти точно равно населению России (140—150 млн человек). Китайские крестьяне, не имеющие земли и работы, пока не едут к нам в массовом порядке по двум причинам: из-за отсутствия средств и из-за того, что вообще слабо себе представляют, где эта Россия находится. Если китайские власти захотят устранить оба этих «недостатка», они добьются этого довольно легко и быстро.
В этой связи нельзя не обратить внимание на статью 50 конституции КНР: «КНР охраняет надлежащие права и интересы китайцев, проживающих за границей, законные права и интересы китайцев, вернувшихся на родину, и проживающих в Китае членов семей как тех, так и других». В этой статье говорится не о «гражданах КНР», а о «китайцах», именно она стала предлогом для китайской агрессии против Вьетнама в 1979 году. Более того, руководство КНР специально объявило о защите интересов всех китайцев, независимо от страны проживания.
Странным образом российские эксперты продолжают дискуссию о том, поощряют ее китайские власти или нет. Между тем в российских источниках можно найти несколько высказываний представителей КНР на данную тему.
Начальник управления пограничной торговли провинции Хэйлунцзян (это самая северо-восточная провинция Китая, на нее приходится почти 75% российско-китайской границы) Цай Кайфу: «Следует всемерно наращивать динамику вывоза рабочей силы на основе укрепления простейших форм технического сотрудничества в таких областях, как овощеводство, лесоразработки, строительный подряд и др., делать шаги в направлении рабочей силы из числа средних и высших технических специалистов, по возможности расширять поток рабочей силы в таких сферах, как народная медицина, строительство объектов, ирригационных сооружений, на отделочные работы, технический монтаж, ремонт электростанций и т. п. Одновременно с увеличением экспорта сезонников следует наращивать усилия по направлению рабочей силы на срок 1 год и более. Учитывая состав направляющихся на работу людей, следует укреплять эти бригады и отряды, создавая систему стройотрядов. Необходимо усилить руководящее начало в отношении лиц, выезжающих на работу за границу, защищать их права и интересы, обеспечивать их безопасность и сохранность материальных ценностей, стимулировать здоровое развитие сотрудничества в области найма рабочей силы».
Президент Гонконгской генеральной ассоциации международных инвестиций Сюй Чжимин: «Очень хорошие перспективы существуют в сфере предоставления Китаем России рабочей силы: Дальний Восток испытывает потребность в 5 млн работников».
Юй Сяоли, представляющий Хэйлунцзянский университет: «Поскольку миграция из Китая неизбежна, поэтому нужно вести в России пропагандистско-разъяснительную работу, чтобы переломить общественное мнение, ликвидировать боязнь «желтой опасности» и утвердить позитивный имидж мигрантов с Востока. Проблема китайской миграции для России имеет не локальный, а всеобщий характер, поэтому требуется выработка долгосрочной стратегии. В таком контексте главным стратегическим вопросом должно быть не создание препятствий миграции, а ее организация. Старыми способами уже не решить проблему населения восточной России».
Инь Цзяньпин из Института России Хэйлунцзянской АОН: «Китай в течение 15 лет инвестирует на Дальнем Востоке и в других регионах 12 млрд долларов на строительство промышленных объектов. Тогда большие группы китайских техников и менеджеров прибудут в Россию и проявят свои способности».
Таким образом, вопрос о том, поддерживает ли руководство Китая миграцию в Россию, очевидно, должен быть снят, поскольку официальные представители Китая отвечают на него положительно. По-видимому, заслуживают обсуждения вопросы о том, действительно ли данный процесс носит чисто экономический характер экспорта рабочей силы. Или это одна из составляющих процесса установления контроля над «внутренним пластом» национальной безопасности КНР.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
