Что для обычных людей конституционное право, то для чиновников очередная бюрократическая заморочка. Как они поступят с человеком, который пришёл подавать заявку на митинг или пикет? «Часкор» почитал новый административный регламент Северной столицы.
Это они, чиновники, рассматривают разного рода уведомления о проведении пикетов, митингов и шествий и решают, быть таковым или не быть. Недавно комитетом правительства Санкт-Петербурга по вопросам законности, правопорядка и безопасности был утверждён специальный административный регламент , в котором более чем подробно прописана вся процедура предоставления подобной госуслуги.
Впрочем, надо отметить, что некоторые коллеги-журналисты немного преувеличили, говоря о том, что сами митинги и шествия благодаря этому регламенту в одночасье получили определение «госуслуга». Если быть точными, то речь здесь всё-таки идёт о «предоставлении государственной услуги по рассмотрению в установленном порядке уведомлений о проведении в Санкт-Петербурге митингов, демонстраций, уличных шествий, пикетирований».
Но и от этого данный регламент не становится менее интересным. В этой инструкции дотошно прописано то, как чиновнику надо вести себя с пришедшим к нему заявителем, что говорить и даже как это говорить. Держать марку теперь придётся всем питерским чиновникам, которым предстоит согласовывать или не согласовывать ту или иную акцию. Чтобы получить информацию о порядке предоставления услуги, заявители могут обратиться в ведомство лично, по телефону, в письменном виде или по электронной почте.
Кстати говоря, регламент словно лишний раз указывает чиновнику, что он не вправе брать за свои услуги деньги с граждан: «Предоставление государственной услуги осуществляется на безвозмездной основе» (п. 2.4), — напоминается там на всякий случай. А то мало ли.
Без параллельных разговорчиков!
Итак, у чиновника зазвонил телефон. Кто говорит?
Заглядываем в п. 2.1.7.1 регламента — там этот процесс очень подробно описывается: «При ответе на телефонные звонки должностные лица комитета, осуществляющие информирование, сняв трубку, должны назвать свои фамилию, имя, отчество, занимаемую должность и наименование структурного подразделения комитета. Во время разговора необходимо произносить слова чётко, избегать «параллельных разговоров» с окружающими людьми и не прерывать разговор по причине поступления звонка на другой аппарат. В конце информирования должностное лицо, осуществляющее информирование, должно кратко подвести итоги беседы».
И пусть вас не смущают фразы типа: «В конце информирования должностное лицо, осуществлявшее информирование…», в любом случае теперь гражданин имеет право настаивать на чёткости речи, произношения, тем более он ваш и только ваш.
А уж если гражданин не просто позвонит чиновнику по телефону, но и сам материализуется на пороге со своим заявлением, то смотрим п. 2.1.7.2: «При устном обращении заявителей (по телефону или лично) должностные лица, осуществляющие информирование, дают ответ самостоятельно. Если должностное лицо, к которому обратился заявитель, не может ответить на вопрос самостоятельно, то оно может предложить заявителю обратиться письменно».
Вот такая загогулина. Позже заявителю должно прийти письмо, которое обязано содержать «ответы на поставленные вопросы, фамилию, инициалы и номер телефона исполнителя». И подписать его может только самый главный в комитете или же зам самого главного.
Подробно описывается и манера информирования: «Должностные лица, осуществляющие информирование (по телефону или лично), должны корректно и внимательно относиться к заявителям, не унижать их честь и достоинство. Информирование должно проводиться без больших пауз, лишних слов, оборотов и проявления эмоций».
Но на доверительную беседу рассчитывать всё-таки не стоит: «Должностные лица комитета не вправе осуществлять консультирование заявителей, выходящее за рамки необходимого и достаточного информирования о процедурах и условиях предоставления государственной услуги».
Кстати говоря, те же самые пункты прописаны и в других регламентах комитета, посвящённых оказанию иных государственных услуг гражданам. Все они приняты одновременно.
Впрочем, как сообщает издание «Фонтанка», петербургские активисты документ чиновников о митингах сочли очередной отпиской и обиделись: ведь регламент раньше хотели разрабатывать с учётом их мнения. Большинство петербургских оппозиционеров считают регламент неким местечковым документом, разработанным исключительно для самих чиновников. И припоминают: «А вы, друзья, как ни садитесь, всё в музыканты не годитесь». По их словам, проблема в общении с чиновниками не в том, что кто-то разговаривает невежливо или некорректно или отвечает не в срок, а в том, что сам тон общения с заявителями — принудительный по сути, а не по форме.
«Этот регламент не решает ничего»
Межрегиональная правозащитная ассоциации «Агора» входит в список уполномоченных министерством юстиции на проведение независимой экспертизы проектов нормативных актов и иных документов на коррупциогенность. Адвокат и правовой аналитик «Агоры» Рамиль Ахметгалиев по просьбе «Часкора» изучил и новый питерский регламент. Его вердикт — ничего особенного в этом документе нет: «Они фактически переписали Федеральный закон России «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях»: какие документы подавать, кто может подать, в какие сроки необходимо ответить. Конечно, расписано подробно, как граждане могут получить консультации, как обязан отвечать чиновник. Правда, и без этого регламента чиновник обязан был отвечать вежливо, по существу, без эмоций».
По мнению Ахметгалиева, новый регламент не решает вообще никаких вопросов и проблем: «Просто появился ещё один нормативный акт, дублирующий положения прежнего. По этой причине вряд ли можно сказать, что данный документ позволит решить проблемные вопросы при реализации гражданами своего конституционного права на публичные мероприятия».
Адвокат считает, что этот документ имел бы значение в том случае, если бы решал именно проблемные вопросы: «В этой среде проблемы не возникают по процедурным вопросам — они и так детализированы федеральным законом, — убеждён он. — Проблема публичных мероприятий в России заключается в том, что фактически уведомительный характер проведения публичных мероприятий стараниями чиновников превратился в разрешительный. Именно на недопущение разрешительного характера проведения публичных мероприятий должен был быть направлен регламент».
«Кроме того, — заключает эксперт, — как-то странно звучит само название документа, по сути закрепляющего этот разрешительный порядок — «оказание услуги». То есть чиновник, «разрешая» гражданину воспользоваться правом, оказывает ему услугу, делает, так сказать, одолжение. Вообще-то, право на публичные мероприятия — это конституционное право граждан. Чиновники в обеспечение этого права не услуги должны оказывать, а исполнять обязанности в целях обеспечения реализации этого права, гарантии безопасности для участников публичных мероприятий и иных лиц (не участников)».
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
