Благодаря присущим ему лицедейству и склонности к мистификациям, они роились вокруг него, словно электронное облако вокруг ядра, подчиняясь закону высоких энергий и квантовому принципу неопределённости.
Кто в конце 80-х — начале 90-х не знал Петра Капкина? Петра Капкина знали все.
Кто теперь при упоминании этого имени может сказать что-нибудь определённое? Практически никто.
Даже всезнающий «Яндекс» утверждает, что это шеф стамбульской полиции Хусейн Капкин.
Поэтому начинать придётся с самого начала. А начинать необходимо, поскольку оттягивать дальше нельзя. Поскольку судьба Капкина, писателя уникального и значительного, о котором никто не помнит, можно сказать, типична.
Типична в нынешней реальности в отношении всякой уникальной творческой личности.
Ab ovo
Один мой товарищ сравнивает прозу Капкина с вывихнутым суставам. Это не так. Это наша нынешняя система координат, её оси, расходящиеся вдаль, вширь и ввысь, как раз и являются вывихнутыми.
Родился он чуть более полувека назад на золотых приисках в Бодайбо, где мужчины посвящают свои жизни целиком, без остатка, лишь двум наиважнейшим делам: добыче жёлтого металла и расширению сознания посредством белой горячки. И практически никому не удаётся вытащить себя из этой трясины, в сравнении с которой балабановский «Груз-200» — детские страшилки про чёрную руку.
Капкин смог. Благодаря громадной подъёмной силе крыла, которое опиралось на жидковатый воздух небогатой школьной библиотеки.
Хоть это и банально звучит, звучит в духе изжитой в отечестве интеллигентности, уходящей корнями в народовольство, но что за пределами убогой малой родины существует огромный «светлый» мир, Капкин узнал посредством неистового чтения.
И это было не просто чтение, не механическое проглатывание залихватских сюжетов, а сопереживание героям и примерка на себя событий, порой вымышленных, порой реальных. В общем, художественное воображение либо есть изначально, либо его уже никогда не будет.
А у Капкина оно изначально было ломовым. Прочтя классе в третьем книжку о пионерах-героях, которых тщетно пытали фашистские выродки, он решил проверить себя: если продержу в огне керосинки палец 30 секунд — значит, враги не смогут у меня ничего выведать...
Продержал лишь три секунды. После чего нравственно страдал целую неделю (пока им всецело не завладела следующая книга): я — предатель!
Всякий человек состоит из совокупности самых разнообразных личностных качеств. Какие-то из них главные, какие-то второстепенные, менее развитые.
Не имея должной психологической квалификации, могу сказать лишь о том, какие именно черты характера Капкина выпирают так, что их, как беременность, невозможно скрыть.
И гипертрофированное чувство собственного достоинства.
И за то и другое Капкину приходилось, да приходится и поныне, изрядно платить. Например, в стройбате, куда он загремел на правах выходца из якутской глуши, его три дня били старослужащие. За то, что он отказывался чистить им сапоги. Три дня. Со всё возрастающим изумлением.
Капкин не сломался. То есть прошёл-таки устроенное себе в детстве испытание — не стал предателем себя.
Укусы ангелов
Это же качество способствовало тому, что в период, когда выстраивалась нынешняя литературная иерархия (которая мало чем отличается от армейской: наверху генералы-стратеги перемещают флажки и чертят стрелки на информационной карте, внизу принтерное мясо, а между ними связующим звеном функционеры в полковничьих погонах), Капкина не учли и он оказался в информационной яме.
Чувство собственного достоинства не позволяло ему не то чтобы ластиться к тем, кто тогда, в 90-е годы, обладал информационными ресурсами, но даже хотя бы раз напомнить об обещанном.
Вот один лишь пример, которому я был свидетелем. Капкин становится лауреатом Международного фестиваля малой прозы им. Тургенева.
В качестве специального приза ему была обещана персональная страница на сайте «Вавилон». (Сейчас это кажется смешным, но в ситуации тогдашней неразвитости русского сегмента интернета это был реальный бонус). Капкин ждёт. Страница не появляется. Капкин продолжает ждать...
Арбуз Пенелопыч
Та же история и с публикациями, которые бывали у него редко, практически случайно. Сейчас он замолчал, поэтому и ждать ничего не приходится. Хоть и есть чего ждать из прежнего.
Что касается остальных свойств его характера и биографии: благодаря присущим ему лицедейству и склонности к мистификациям, они роились вокруг него, словно электронное облако вокруг ядра, подчиняясь закону высоких энергий и квантовому принципу неопределённости.
И в этом смысле самый точный его портрет в своё время, на излёте перестройки, написал Виктор Коркия.
Из биографических моментов сюда можно добавить учёбу в горном техникуме, в Ростовском университете, московском пединституте, совсем немного во ВГИКе, преподавание в школе литературы, работу в геологических экспедициях, рытьё траншей в должности младшего кабельщика, охрану различных бессмысленных объектов, скитание по углам, работу литературным редактором в журнале «Сельская молодёжь»…
Наш современник
В интернете можно наткнуться на какие-то совершенно невероятные апокрифы.
Например, якобы он работал поваром в ресторане. Можно предположить, сколь бурной могла быть реакция клиентов, если учесть импульсивность и непредсказуемость Капкина.
Не менее невероятно выглядят сведения о том, что он прошёл пешком по трассе Радищева, а также работал дворником в Кремле, откуда был изгнан с волчьим билетом за то, что попросил какого-то члена политбюро (в лицо он их не различал) посторониться, дабы тот не мешал добросовестному исполнению дворницких обязанностей.
Собственно, он сам же всегда и провоцировал такого рода слухи и легенды. Поскольку, как справедливо заметил Виктор Коркия, Капкин прежде всего художник. И его амплуа — имидж-арт.
В этом же жанре блистательно работал Пригов. Но Дмитрий Александрович использовал всю мощь массмедиа. Капкин же работал камерно.
И тут такая же разница, как между лишённой ауры киноплёнкой или видеофайлом и театром, где зал насыщен вибрацией рождающегося на сцене действа, не подлежащего тиражированию и фиксации.
Отчасти стратегию Капкина можно сравнить с тем, что делал Хармс, который называл часто меняемые поведенческие маски позами.
Для Даниила Ивановича они играли роль внутреннего протеста против узких социальных ролей, которые вынуждены играть граждане тоталитарного государства. Пётр Арнольдович свои позы противопоставлял идиотизму брежневского застоя и поверхностности перестройки.
Он то ходил в личине Пушкина, для чего достаточно было отрастить бакенбарды, принять нужное выражение лица и педалировать импульсивность баловня муз.
То был надменным Лермонтовым. Много в его арсенале было всевозможных поз, и не все они были столь уж безопасны для исполнителя.
Так, например, в начале 90-х Капкин внезапно стал «злым чеченом». Это было настолько убедительное перевоплощение, что он стал объектом бесконечных милицейских проверок документов со всеми вытекающими из этой процедуры последствиями.
Фрик в ноздре пирамидона
До середины 90-х Капкин был популярной фигурой московской литературной сцены. Однако подавляющее большинство участников процесса воспринимало его превратно. Для них он был фриком, который порой сочиняет прикольные юмористические рассказики.
Ну максимум — самородком, попавшим в приличное общество высоколобых, которые снисходительно воспринимают его колоритную фактуру. Притом что у человека имелся изрядный культурный багаж, полученный не столько в вузах, сколько самостоятельно, наедине с текстами.
И книжка в 1990-м у него вышла в «ИМА-пресс» соответствующая — того же громадного размера и с картинками, какими издавали Митьков. И название: «В ноздре пирамидона».
В общем, фрик. То есть фигура исключительно декоративная, долженствующая привносить в храм истинной литературы элемент оживляжа. Или клоун на корпоративе после плодотворной рабочей недели. Именно по этому ведомству его и записали.
Капкин давно уже замолчал. Следствие болезни. И сейчас безвылазно живёт в Дубне, откуда в Москву, где праздник литературной жизни не затихает ни днём, ни ночью, не выбирается.
И это обстоятельство перевело его в иное качество, совершенно, можно сказать, нечеловеческое. Он стал симулякром. Что, например, видно из моего сетевого общения с блогером kreiss-sar на тему «Что есть Капкин?». И вот как он сформулировал свои ощущения:
Вот ведь как! В интернете про Капкина очень скудные сведения. Очень. И действительно создаётся ощущение фикции. Поисковик мало помогает. Я набрёл вот на это.
Что только добавило сомнений. Всё какие-то полубайки (я про Сеть). Такое ощущение раньше возникало от образа Пелевина: вроде бы есть человек, а вроде бы нет (слышал легенду о банде юных философов, которые решили взорвать литературный Олимп). Группа или созданный персонаж: Козьма Прутков или Иржи Грошек, Жюкралюс какой-нибудь...
Немного о 90-х
Да, отшумел карнавал конца 80-х — середины 90-х. И голос Капкина-художника — мистификатора, лицедея и провокатора — зазвучал тише в условиях эмоционального оскудения новой российской реальности.
Однако остались тексты: виртуозные рассказы и пьесы, написанные стилистически безукоризненно. За парадоксальностью, невероятными коллизиями, мрачным юмором и игрой в примитивизм в них отчётливо улавливаются щемящие ноты восторга, граничащего с болью осознания невозможности счастья. Это тонкая лирическая проза перелома столетий и общественных формаций, созданная значительным русским писателем.
И он имеет право на серьёзную книгу, начинающуюся с обстоятельной литературоведческой статьи. Скорее даже не он, а читатели имеют такое право.
Капкин в издательские игры уже давно не играет. Я предпринял несколько попыток быть посредником между автором и издателями. Однако все они завершились безрезультатно.
Не ко двору. В лучшем случае мне говорили, что хоть это и неплохо, но уже устарело. Жизнь, дескать, ушла вперёд.
Но является ли это место, где мы сейчас находимся, передом?
И я оказался никчёмным агентом-общественником. И время наступило такое. Генералы-стратеги, которые перемещают флажки и чертят стрелки на информационной карте, устроили массированное наступление под кодовым названием «Смерть постмодернизму», стремясь вытравить из литературы неформулируемое ощущение праздника и заменить его голой схемой. Вытравить гоголевские традиции…
Заработала фабрика капиталистического реализма, где каждый выполняет лишь одну свою технологическую операцию. Но все эти операции неотличимы друг от друга. С конвейера сходят романы двух типов.
Тип А предназначен для массированной продажи. Он состоит из нейтрино, которые, проходя через мозг, не взаимодействуют с серым веществом.
И тип Б — для участия в премиальных ристалищах. Эти столь полновесны, что, падая с полки, убивают наповал бульдога. Ну а из отходов производства лепятся рассказы для глянцевых журналов.
Поэтому нет ничего удивительного в том, что авторов, которые, как и Пётр Капкин, создавали праздник литературы, выпихнули на обочину.
Что, например, мы слышали в последнее время об Анатолии Гаврилове?
Что сейчас делает Нина Садур? Она «на посылках» у Татьяны Устиновой. Именно так: маститая писательница в одном из интервью раздражённо сказала, что сценарий по её роману, написанный Садур, оказался совсем никудышным.
60-летний юбилей Саши Соколова не был замечен ни массовыми, ни литературными изданиями. По поводу «Москвы — Петушков» появилась новомодная шуточка, что это роман про гомиков…
В ходу унылое пластмассовое говно, извините за оксюморон.
Единственное, чего мне удалось добиться, — книга Капкина была размещена на сайте «Топос». Вот она. Читать необходимо в хронологическом порядке: двигаясь от нижнего линка на странице к верхнему.
Как говорится, имеющий глаза да узрит. Будем уповать на то, что среди узревших окажется умный критик, чуткий исследователь и разумный издатель.
Как было сказано, Пётр Капкин сейчас не пишет. Хотя, конечно, при его мистификаторских способностях это не факт. Одно можно сказать с уверенностью: удалившись на вынужденный покой, он всё больше и больше узнаёт о жизни в самом широком значении этой безразмерной категории.
Это известно из наших нечастых телефонных разговоров с ним и обмена письмами. Это тоже творчество. Но уже совсем иного рода.
Капкин постепенно превращается в книгу.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Вечная жизнь есть!
«Чёрный монах» Антона Чехова – «медицинская повестушка», «психиатрический этюд» или «прелесть»? - Сплошная видимость.
Роман Виктора Пелевина «S.N.U.F.F.» или Сниф, снаф, снуре... - Анна Бердичевская: «Боюсь одного - согрешить против жизни…».
Книга о Грузии. Габриадзе. Ахмадулина. Юзефович и другие. - Тиражом 100 экземпляров.
Литература on-line. Дмитрий Дейч в беседе с Александром Чанцевым: Критика гибридных форм. - Можно не быть богом.
«Литература online». Писатели Елена Чижова («Терракотовая старуха») и Всеволод Бенигсен («ВИТЧ») попрощались с цивилизацией интеллигентов. - Пуля для Крусанова .
Партия в преферанс с фон Триером. Павлу Крусанову в день пятидесятилетия. - Из жизни бронтозавров и лунатиков.
«Литература online». Бронтозавры в крысятнике. Срастание богатыря. Клюква кавказская развесистая. - Темы с вариациями.
Отрывок из книги. - Командировка длиною в жизнь.
«Литература оnline». Горизонтальные заметки «душевного тунеядца» Дмитрия Данилова. - Андрей Битов: «Каждый день можно обработать как роман…».
«Литература online». Классик современной прозы о пяти измерениях своей собственной Империи, о Пелевине, Сорокине и Акунине и о том, как он пишет.
