Дискуссия о возможной реформе русской орфографии, начатая в своем блоге Марией Аксеновой, вызвала невероятную поляризацию мнений: кто-то готов упразднить все правила, кто-то будет стоять за «жи-ши» до последнего.
Пост Марии Аксеновой, посвященный необходимости реформы русской орфографии, собрал семьсот с лишним откликов. Мы отобрали наиболее содержательные мнения блогеров по этому поводу.
urvin:
«Умный человек способен запомнить несколько базовых правил русского языка, такие как «жи-ши», расстановка знаков препинания, окончания глаголов и суффиксы существительных. Эти правила, надо сказать, интуитивно достаточно понятны. В тонкости типа «пол-яблока» можно сильно не вдаваться — мало кто их помнит, но они не режут глаз при прочтении текста и даже написанные с ошибкой точно доносят смысл».
Real_ainger:
«У нас пока орфография ради орфографии. Если бы между первой и второй сигнальными системами человека была бы тесная и постоянно развивающаяся связь — это одно. Но сапогами орфографии вытаптывают всякое образное мышление, заменяя связь «образ — слово» на просто «слово». Получается старый скелет, над которым кружатся «граммар наци», как привидение давно сдохнувшего человека над своим сундучком с сокровищами».
Ezdivala:
«Да и зачем все эти правила, теории, исторические даты?
Разве недостаточно знать, что Пушкин уже умер? Какая разница, жил он сто или триста лет назад? А физические формулы? Там ведь голову сломаешь. Надо реформировать. Оставить только формулы не длиннее десяти символов. Скажем, div B=0 имеет право на существование, а вот все эти длинноты про волны де Бройля зачистить. Химия вообще лженаука. 118 элементов плюс актиноиды и лантаноиды. Сколько времени надо потратить, чтобы выучить! Музыка еще куда ни шло, но вот стихи... Продираться сквозь чужой бред «по аллее олуненной вы проходите марево...» Что в этом ценного? Зачем вообще знать? Когда можно мыслить. И не просто так, а широко, образно...»
However:
«Давайте, меняйте всё каждую пятилетку: конституцию, орфографию. Чтобы каждое новое поколение было гарантированно отрезано от источников информации о прошлом.
Мне кажется, что проще и дешевле поменять систему обучения: тех, кто не в состоянии запомнить правила чтения и письма, отправлять в специальные классы, где их этим не мучают. Раньше такие учились в ПТУ, а сейчас для них коммерческих вузов понаоткрывали и назвали университетами».
Jerveza:
«Допустим, эта реформа произошла. Все пишут как хотят. А вопросы-то всё равно будут возникать, только посложнее, чем с цыпленком. «Йа увидил сток». Как понять без картинки: стог сена, магазин стоковых товаров или сток воды? «Ахотнег диржал лук». Растение или оружие? «Кара и нородное мидитсыно» — в нородной мидитсыне используется кора или за лечение домашними средствами полагается кара? А ведь произносят все тоже по-разному. Предвижу в будущем интересные дискуссии: «Как правельна песадь: ТУБОРЕДГО иле ТИБАРЕТКА?» А иностранные лингвисты будут пейсать десертатцыи о росшефрофки рускех ыроглефафф».
Katiki_k:
«Прям-таки борцов набежало за чистоту русской речи, мама не горюй. На самом деле вот я носитель двух языков — белорусского и русского. Нет, хорошо, русского и белорусского, а то сейчас ногами затопчут. Так вот, в белорусском как раз и есть такой принцип — пишется, как слышится. И ничего, как-то, знаете, коллапс не на наступил. Никто не пишет «туборедко» или «йя». Правила-то всё равно есть, просто они проще».
Donna_fleur:
«Мне почему-то в этой связи вспомнился фильм «Зеркало» и героиня Тереховой, которой вдруг показалось, что она (корректор!) пропустила ошибку, в корне меняющую смысл. Можно сказать, смертельно меняющую. Мы можем не видеть смысла в некоторых правилах, но вот опустим их — и увидим, что смысл всё же изменился. Как в одном из комментов было: «ЖИЗНЬ» и «ЖЫЗНЬ» всё же разные вещи. И мне всё же привычней и приятней писать и читать «у Алеши», а не «у АлешЫ». Вам не кажется, что второй Алеша не такой славный?»
Dee_habermas:
«Вы относитесь к русскому языку ровно так же, как менеджеры строительных компаний относятся к отдаваемым им на растерзание (на «реставрацию») историческим зданиям: «Че за бароко?! Нах тут лепнины стока нах***но?! Культура?! Лепнина денег стоит, у меня карман не резиновый! Выровнять, кафель, фибробетон! Кто это понимать-то может?! Кто это мыть-то всё будет?! Выровнять, я сказал!» Или: «Йопт, ну все воруют, че такова?! Накой эта статья в УК нужна-то, людей тока смешить! Срочно убрать!»
Все эти правила — суть традиция, суть рамки, которые не позволяют человеку, его языку, а значит, мышлению быть расхлябанным, ленивыми и «птичьим». Перед тем как предлагать реформу языка, должно понимать самое главное — не мышление определяет язык, а язык мышление (де Соссюр, Витгенштейн, Бахтин, Леви-Стросс, Барт, Деррида; вся современная лингвистика, феноменология).
Все эти нормы, правила, только кажущиеся абсурдными, — ровно то же, что в математике леммы и теоремы, которые, казалось бы, никому в период компьютерных программ Maple и Mathcad уже давно не нужны, достаточно справочника Бронштейна — Семендяева; но именно эти «ненужности» есть основа будущего научного творчества, а не роботизированного перебирания непонятных дремучих цифирь.
Чья-то неспособность запомнить, когда в корне пишется «е», а когда «и», не есть проблема языка, а только лишь ленивого ребенка и бездарного учителя. Тем более что реформирование языка, особенно орфоэпики сложных слов, идет уже давно и вполне результативно».
Alexbogd:
«В греческом языке до 1982 года употреблялись придыхания и три вида ударений. Эта сложная система перестала отражать какую-либо реальность из-за падения музыкального ударения как минимум с рубежа нашей эры. Однако язык был реформирован лишь 2 тыс. лет спустя. Как вы думаете, почему так произошло? Потому, что язык — штука консервативная. А орфография — это витрина языка. Реформировать ее «сверху» — задача крайне сложная, часто бессмысленная и всегда чреватая расколом в обществе».
Rasaddin:
«Во-первых, если орфоэпическая норма чем-то, по-вашему, отличается от орфографии, это не значит, что вся страна в едином порыве следует именно этой орфоэпической норме. Помните, что, несмотря на тщательное вытравливание региональных особенностей, они всё еще сохраняются. И в некоторых регионах согласные звуки /ж/ и /ш/ могут палатализоваться («смягчаться»), превращаясь в /ж'/ и /ш'/. И в этих регионах ненавистное вам правило не так уж и глупо.
Во-вторых, сохранение этимологического принципа как одного из основополагающих в орфографии все-таки не так глупо. Я неоднократно убеждался, что при изучении истории собственного языка и иностранных языков это очень помогает.
В-третьих, любые реформы, по меньшей мере в кратко- и среднесрочной перспективе, могут принести больше вреда, чем пользы. Я никогда не зубрил орфографические правила — работает зрительная память, просто читать надо побольше. А вот если мне скажут, что с какого-то момента надо что-то писать по-другому, это наверняка просто запутает массы людей. Немецкую орфографию зачем-то поменяли сравнительно недавно, уже после того, как я закончил школу. И что? В результате я понимаю новую немецкую орфографию, но пишу в старой. И точно знаю, что так делают большинство немцев. Только «Ворд» и спасает...
Вообще в мировой практике сосуществуют два подхода, условно назовем их английским и французским: первый признает за языком право развиваться свободно, второй предпочитает всё и вся регламентировать «небожителями». Я категорический англофил и считаю, что первый подход верен — по крайней мере средний уровень владения английским позволит приблизительно понять Чосера, а вот средний уровень владения французским даже для Нострадамуса будет совершенно недостаточным. И не надо ничего реформировать — норма всё равно рано или поздно следует за узусом. Если вдруг все начнут писать «жЫзнь», так или иначе это станет нормой».
