Доминантным событием наступившего года в Соединённом Королевстве станут всеобщие парламентские выборы. Как сказал в новогоднем обращении премьер страны Гордон Браун, 2010-й будет годом, когда Британия снова станет двигаться вперёд.
Он назвал и четыре основных приоритета этого года: восстановление экономики, реформа и радикальное улучшение социальной сферы, сохранение финансирования школ, больниц и правоохранительных структур, очищение политики от злоупотреблений, укрепление роли Британии как глобального игрока, борьба с терроризмом в Афганистане и в других регионах.
Вот только что будет, если возглавляемая Брауном Лейбористская партия проиграет предстоящие выборы, которые по закону должны состояться не позднее июня 2010 года? Это может положить конец 13-летней эпохе правления лейбористов и серьёзно изменить жизнь страны.
Пока предвыборный прогноз явно не в пользу лейбористов. В конце 2009 года ведущие компании по исследованию общественного мнения провели опрос, по которому только 26—31% избирателей готовы голосовать за лейбористов, тогда как Консервативную партию собирается поддержать 38—43%, либерал-демократов — 18—20%, а другие партии предпочли 11—14%.
В июне 2009 года лейбористы потерпели сокрушительное поражение на местных выборах, по результатам которых позиции консерваторов значительно укрепились. Вину за поражение партии Гордон Браун взял на себя. Нынешний низкий рейтинг Лейбористской партии стал рекордным за всю послевоенную историю Великобритании.
В политике демократических стран ничто не точно. Но все признаки сегодня указывают, что лейбористы проиграют. К власти вернутся консерваторы, и Великобритания присоединится к Германии, Франции и Италии с их правоцентристскими правительствами. Это естественное колебание политического маятника. Консерваторы правили страной более 17 лет, с 1979 по 1997 год. Лейбористы были у власти с тех пор в течение 13 лет. Следовательно, грядут перемены. Не случайно лидер тори Дэвид Кэмерон начал предвыборную кампанию именно лозунгом «2010-й — год перемен». «Новый год, новое десятилетие перед нами. Нужно учиться на ошибках и выбирать новый курс», — сказал он.
Тут нужно учитывать менталитет англичан и особенности британской двухпартийной системы, отличной от пропорциональных систем других европейских стран. Избиратель Соединённого Королевства всегда предпочитал чёткий выбор, того же типа, как в США между демократами и республиканцами. Даже архитектура палаты общин, где ведущие партии сидят лицом к лицу, а не на полукруглых трибунах, как в европейских парламентах, — иллюстрация такого подхода.
Как бы там ни было, лейбористам, скорее всего, придётся проститься с Кабинетом министров. Для этого есть много причин. Первая очень проста — непопулярность лейбористов и их лидера Брауна. Этот принципиальный фактор смещает предпочтения избирателя в сторону консерваторов: голосовать будут больше против Брауна, чем за Кэмерона. С началом экономического кризиса действия кабинета Брауна подвергались всё большей критике, его неоднократно призывали подать в отставку даже товарищи по партии. И вообще почти половина британцев считает, что любой другой представитель лейбористов справился бы с обязанностями лидера партии лучше, чем нынешний премьер. В ходе сентябрьского опроса такое мнение высказали 47%, а более 60% британцев согласились с тем, что Браун является обузой для лейбористов.
Это не совсем справедливо по отношению к Брауну — он был отличным Chancellor of the Exchequer, как англичане юмористически называют своего министра финансов. Браун успешно боролся с глобальным финансовым кризисом, в начале года экономика страны впервые показала пусть небольшой, но рост. Его несчастье в том, что он унаследовал партию Блэра, когда она прошла пик своей популярности и начался её упадок.
Быть премьером теряющей популярность партии власти не слишком приятно. Но Браун ещё и сам причина многих своих бед. Он не умеет вызывать симпатию, у него почти языческая преданность фетишам лейбористов старых времён. Похоже, он забыл, что вместе с Блэром был соавтором идеологии «новых лейбористов» (New Labour). Напротив, делал всё возможное, чтобы отойти от того центризма, который и принёс партии победу на трёх выборах подряд, и снова вернуться к социалистическим (в западном понимании) идеям и политике.
Но самым ужасным фактом стала его репутация хронически нерешительного премьера. Всё началось с первоначального решения Брауна идти на досрочные выборы в 2007 году, когда он был назначен премьер-министром после отставки Тони Блэра. Идея была в том, чтобы придать большую законность его назначению. Но потом Браун от выборов отказался, испугавшись проигрыша и оказавшись по непереводимому английскому выражению bottled out (отказником), он с тех пор имеет репутацию неизбранного премьера. Плюс растущее недовольство в рядах самих лейбористов с серией отставок в правительстве и попытками отстранить Брауна от лидерства в партии, когда партийная фронда по мейлу призвала Брауна подать в отставку с поста лидера партии и премьера. Правда, не Брауну на это жаловаться, он сам годами пытался отстранить Тони Блэра.
В общем, лейбористы пойдут на выборы разделёнными и с лидером, которого сами считают проигравшим. Есть ощущение, что лейбористское правительство ждёт проигрыша и обеспокоено только величиной ущерба.
С другой стороны, консерваторы после 10 лет «блужданий по пустыне» обретают всё больший консенсус с избранием Дэвида Кэмерона. 43-летний лидер, показавший свою способность за несколько лет трансформировать партию в динамичную, язвительную и даже слегка либеральную. Говорят, что Кэмерон похож на Блэра 10 лет назад. Он придал партии новое, более телегеничное лицо по контрасту с мрачным, насупленным Брауном. Пусть он никогда не занимал министерских постов, но излучает уверенность и компетентность, а главное — у него хороший характер. Не зашоренный идеологически, как когда-то Маргарет Тэтчер, Кэмерон, скорее всего, консерватор-прагматик. И его самое большое достижение — избавление консерваторов от репутации «плохой» партии и возвращение ей человеческого лица.
Так что, похоже, предвыборный маркетинг Соединённого Королевства ориентирован на консерваторов. Но горячей темой политических баталий реально будет лишь одна: состояние экономики и что с ней делать. Прежде всего следует определить объём и сроки сокращения государственных расходов, которое, как все понимают, необходимо.
Браун, похоже, поставил на отрицание. Он обещает, что сумеет уменьшить дефицит в течение последующих четырёх лет, хотя не скрывает, что страну ожидают тяжёлые времена. Но, сравнивая политику лейбористов с обещанным консерваторами «режимом строгой экономии», заявляет: «Мы единственная партия, которая может вывести страну из рецессии к росту». По мнению премьера, тори «ошиблись во всём, что касается экономического кризиса, и сделали бы ситуацию ещё хуже, слишком рано урезав государственные расходы». Лейбористы же гарантируют Британии экономический рост на основе цифровых технологий, креативных разработок в области биотехнологий и фармацевтическом секторе, создание миллионов новых рабочих мест в последующие годы. Этот тезис в чём-то напоминает «модернизацию Великобритании».
Ещё Браун предпочитает позиционировать себя как защитник самой бедной части общества от бессердечных консерваторов, которые хотят урезать государственные выплаты, но планируют выплату бонусов своим богатым спонсорам. Это возвращает общество в 1970-е, к «политике зависти». От такой установки каменеют сторонники перемен в собственной партии Брауна, считающие, что Блэр увёл лейбористов от старых социалистических схем, чтобы получить поддержку среднего класса, и не желающие опять выводить партию на линию классовой борьбы.
В Соединённом Королевстве, как известно, в 1265 году впервые в новой истории возник «прототип» парламента. С тех пор британское общественное мнение привыкло к эффективному режиму чередования политических партий в парламенте и воспринимает политиков как такси. Оно их берёт, а потом отпускает. По английским стандартам больше 10 лет езды с лейбористами (если абстрагироваться от их впечатляющих успехов в экономике) — уже слегка чересчур. Показателем этого является и очень низкая явка на выборах. Дэвид Кэмерон может разогреть двигатель этого автомобиля.
Но есть ещё один сценарий, непредставимый ещё прошлым летом. Хороший пример — Бристоль, где лейбористы на региональных выборах потеряли 8 из 10 мест в городском совете: лишь половина ушла к консерваторам, остальные — к либерал-демократам Ника Клегга. Знак, что избиратель не готов, несмотря на недовольство своей партией, к крутому повороту и выбрал партию, стоящую на полпути между двумя традиционными соперниками в английской политике.
Теоретически возможно, что лейбористы и консерваторы в избирательном дерби придут к финишу голова к голове: в этом случае от выбора либерал-демократов будет зависеть, кто из партий-соперников в итоге сформирует правительство. Этот достаточно привычный для европейских стран сценарий будет впервые опробован в современной Великобритании. В любом случае 2010-й знаменует в Соединённом Королевстве конец эпохи лейбористов.
Не исключено, что на Даунинг-стрит сядет Кэмерон, а в палате общин будет необходимо системное соглашение с либерал-демократами, гарантирующее управляемость страны. Так что как бы не пришлось премьеру Кэмерону просить совета у Ангелы Меркель! Какой сценарий тогда будет написан, станет известно только после выборов.
Статьи по теме:
