Adam Foulds. The Quickening Maze. London: Jonahathan Cape, 2009.
Самый молодой из букеровских шортлистеров этого года (ему недавно исполнилось 35 лет), Адам Фоулдз написал книгу о безумии, действующими лицами которой являются поэты Альфред Теннисон и Джон Клэр. «Стремительный лабиринт» — третья книга писателя.
Безумие всегда воспринималось как болезнь почти священная, присущая богам, царям и героям. Однако Джон Клэр — не бог, не герой и тем более не царь: напротив, сложно представить себе менее героического поэта — крестьянин, маленький, скромный, «мотающий срок» в приюте для умалишённых доктора Аллена… Но богоборческое дионисийское начало, желание стать и богом-Байроном, и героем-боксёром всё же берёт верх: самый неизвестный из викторианских поэтов решается бежать из лечебницы и пешком через пол-Англии отправиться домой.
Любопытно, что первый побег Джона Клэра из заведения приводит его к встрече с цыганами (пожалуй, самой свободолюбивой и самой безумной в социальном смысле слова нацией); эта встреча и становится своего рода катализатором для дальнейшего развития — или, вернее, распада — книги.
Безумие в этой книге с её перекликающимися нарративами — удивительно заразная вещь. Кто не безумен?
Доктор Мэтью Аллен, философ, френолог, экспериментатор, постоянно мучимый угрызениями совести за разорение, постигшее его в молодости, вспыхивающий как факел, загорающийся новой идеей и упорствующий в ней, даже когда она явно не оправдала себя? Он пытается наладить в Англии середины ХIХ века производство резной деревянной мебели при помощи пирографов, потому что слово красивое и потому что с телеграфом всё получилось. Увы, ар-деко ещё не начался, а средний период викторианства помешан на практичности, а не красоте...
Или Теннисон, будущий поэт, а пока вихрастый и слегка заторможенный начинающий гений? Он страдает меланхолией, увлекается чужим энтузиазмом, оплакивает своего незабвенного друга Артура, а потом, когда дело доходит до денег, внезапно проявляет несвойственные поэтам практичность и приземлённость…
Или, может быть, «нормальна» дочь Аллена Ханна, которая влюбляется в Теннисона потому, что он поэт и надо же в кого-то влюбиться, а то придётся всю жизнь провести с умалишёнными? Она видит в вежливом мычании и молчании Теннисона признаки взаимности, признаётся ему в любви, а затем выбирает себе более подходящего, хотя и менее интересного кавалера.
Или некий молодой и явно светский человек абсолютно в здравом уме, которого отец отправил в заведение доктора Аллена потому, что он влюбился в неподходящую девицу? Так ли он здоров, как кажется?
Религиозная фанатичка Маргарет, которую регулярно под видом священнодейства насилует медбрат и которую безумный Клэр принимает за любимую им в юности и давно умершую девушку; мистер Фрэнком, который верит, что если он пукнет, то отравит воду и леса земли, а потому вынужден проводить неприятные процедуры при помощи клизмы; некий финансист, всё считающий и считающий национальный долг Британии?.. Любопытные пациенты Аллена с их почти поэтичными неврозами — отражение викторианских страхов, которые Фоулдз умудрился очертить двумя-тремя штрихами.
Проза Фоулдза балансирует на грани стихотворения в прозе, однако именно это подчас мешает: то, что в поэзии списывается на «невыразимое», в прозе кажется небрежным. Впрочем, безумие всегда кажется небрежным здоровым людям.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
