Инициативы Госдумы и Высшего арбитражного суда по изменению Гражданского кодекса грозят оставить от права на домашнее копирование лишь жалкие ошметки. Избавиться от неудобных технических средств защиты от копирования теперь уже тоже не удастся, не нарушив закон. DRM, от которого постепенно отказываются даже медиа в США, найдет убежище в России.

30 января Государственной думой был принят во втором чтении законопроект «О внесении изменений в часть четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации». Незадолго до этого, 22-го числа, Высшим арбитражным судом было проведено второе рассмотрение проекта постановления «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Если оба этих документа будут приняты в том виде, в котором они существуют сейчас, существенно урезанным окажется предоставленное Гражданским кодексом право на так называемое домашнее копирование, осуществляемое в личных целях. Оно закреплено в ст. 1273 Гражданского кодекса, которая предоставляет право копировать для себя охраняемые авторским правом произведения, за исключением некоторых особых ситуаций (например, нельзя копировать программы для ЭВМ, создавать так называемые экранные копии или ксерить книги целиком).

Для того чтобы компенсировать правообладателям потери от копирования, закон предусматривает специальные отчисления, которые должны выплачиваться производителями оборудования и носителей, которые используются для такого копирования. Разумеется, производители себя не обидят: такие отчисления включаются в стоимость оборудования и носителей, платит за них покупатель. То есть, купив чистую болванку, вы уже заплатили за то, что, возможно, запишете на нее что-то, охраняемое авторским правом. А если не запишете — ну, значит, не повезло: денег вам, разумеется, никто не вернет.

При этом следует обращать внимание еще на несколько моментов. Во-первых, очень часто повторяется утверждение о том, что переписывать так пользователь может только те диски, которые ему принадлежат, например для того, чтобы слушать их в MP3-плеере или в машине. Это не так: закон ничего не говорит о том, кому должен принадлежать носитель, с которого делается копия.

Единственная возможность разрядить напряженность между копирующими и держателями авторских прав состоит в выработке правил, регулирующих исключительно «культуру», а не «производство». Однако усадить копирующих за стол переговоров может только прекращение криков о том, что любое неавторизованное копирование — это воровство, преступление и вообще плохо. Люди, привыкшие считать, что копирование — это просто, хорошо и выгодно, слыша такие речи, полагают, что вы либо несете полнейшую чушь, либо просто говорите о ком-то другом, а не о них.

Читать дальше

Кроме этого, широко распространено мнение, будто бы копировать так можно только лицензионные диски. Это тоже не так: единственное ограничение, установленное ст. 1273, состоит в том, что произведение должно быть правомерно обнародовано. Понятие «обнародование» определено в ст. 1268 ГК: это самое первое использование произведения, после которого оно становится доступным для всеобщего сведения. Обнародовано произведение может быть любым способом: путем показа в кинотеатре или по телевидению, размещением в интернете и т.д. Но после этого уже не имеет значения, законно или нет используется произведение: скопировав его для себя, вы не нарушаете закона, даже если копирование происходит с пиратского диска.

Однако готовящимся законопроектом в ст. 1273 планируется внести изменение: копировать в новой редакции будет разрешено «по необходимости». Не совсем понятно, что это за «необходимость» такая и как это понятие будет трактоваться на практике. Если правообладатель вдруг решит, что пользователь создал копию «без необходимости», доказывать обратное придется самому пользователю: в гражданском процессе нет презумпции невиновности.

В своем заключении на законопроект комитет Думы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству отмечает, что такой критерий неконкретен и его толкование на практике может стать источником споров. Вдобавок Конституционный суд уже неоднократно обращал внимание на то, что нарушения требования определенности правовой нормы, влекущего ее произвольное толкование, уже достаточно для признания ее не соответствующей конституции. Ну и в довершение всего — подобных ограничений нет ни в одном международном соглашении. То есть депутаты хотят принять заведомо неконституционную норму.

Кроме того, планируется внесение изменений в еще одну статью ГК, 1229-ю, предусматривающую ответственность за обход так называемых технических средств защиты от копирования. В действующем варианте статья предусматривает ответственность за обход таких средств, предусмотрена возможность освобождения от нее в том случае, если «использование произведения разрешено без согласия автора или иного правообладателя». Это и есть свободное использование, и домашнее копирование прямо отнесено к таким случаям. Проще говоря, если для такого копирования удаляется защита, то никакой ответственности за это законодательство не предусматривает. (Правда, на практике распространена квалификация таких действий по ст. 272 и 273 Уголовного кодекса. Такая практика незаконна, но является следствием повальной безграмотности милиционеров в вопросах информационного законодательства.)

Так вот, законопроектом планируется убрать упоминание об этом освобождении из текста статьи. Проще говоря, теперь защиту запрещено взламывать в любом случае: правообладатель может запретить абсолютно любые действия с произведением, и запрет этот невозможно будет законно обойти. При этом сама ст. 1299 сформулирована так, что позволяет запретить не только обычные способы использования произведения (они перечислены в ст. 1270 ГК), но и вообще всё что угодно.

Что же касается проекта постановления Верховного и Высшего арбитражного судов, то и в нем авторы останавливаются на вопросе домашнего копирования. В п. 34 проекта они пишут следующее: «При применении ст. 1273 ГК РФ судам следует учитывать: воспроизведение, то есть изготовление одного или более экземпляра произведения или его части в любой материальной форме, не является нарушением исключительных прав на произведение только в том случае, если в момент изготовления такого экземпляра само произведение используется правомерно».

Знаете, кто враг № 1 индустрии развлечений? Правильно, пираты. Но не те мрачные персонажи за лотками, продающие болванки с четырьмя, а то и с восемью фильмами на одной. Главные враги развлекательной индустрии — мы с вами. Те, кто смотрят кино, слушают музыку, играют в компьютерные игры: большинство из нас или уже обмениваются файлами, или скоро познакомятся с файлообменными сетями. То, что мы скачиваем, — это еще полбеды. Самое ужасное, что мы этим делимся и обмениваемся. В принципе в этом нет ничего нового. Помните, как в начале 1990-х дети менялись картриджами для «Денди»?

Читать дальше

В соответствии с такой трактовкой любая копия, сделанная с пиратского диска для себя, тоже нарушает копирайт. Если вы внимательно читали эту статью, то уже поняли, где произошла подмена понятий: законность создания копии авторы проекта ставят в зависимость не от законности обнародования (то есть самого первого использования), а от законности использования вообще. Учитывая то, что к ответственности за нарушение авторских прав можно привлекать и без вины, перед милицией и правообладателями открываются заманчивые перспективы: пиратскими дисками так или иначе пользовалось практически всё население России…

Учитывая, что в области копирайта наши суды умудряются выносить самые безумные решения, ничего хорошего из этих двух инициатив получиться не может. Похоже, в преддверии вступления в ВТО намордник соблюдения копирайта будет успешно надет на всех российских граждан без исключения. Поправки в ГК и «толкование законодательства», не соответствующее закону, продолжают курс на лишение пользователей их и без того птичьих прав и укрепление диктата правообладателей.

Выставка-пикет против поправок к ГК РФ в Москве

ОТПРАВИТЬ: