Освободившись от многих патриархальных черт, суеверий и страхов, современное общество вырабатывает новые технологии производства древнего ужаса. Народы позабыли, как это - ждать конца света, прикидывать его год и всерьез обсуждать, как к нему лучше готовиться и вести себя в процессе...
На днях мне довелось стать зрительницей программы «Африканские страсти» на «Першим», то есть на украинском «Первом национальном». Пока главные события футбольного мира происходят в ЮАР. И это славный информационный повод для эксклюзивного телепроекта с участием Савика Шустера и «Савик Шустер студия».
Сидят несколько человек на угловом диванчике — тесно сидят, прямо еле помещаются. Сразу ясно, желающих поговорить о футболе на Украине много.
И ведут они диалоги о состоянии ЮАР, всего остального мира и, главное, Украины. Ведь футбол — это не футбол, а политика и экономика.
Разговоры перемежаются видеоматериалами. Мелькают в них интервью с небогатыми чернокожими обитателями Южной Африканской республики, которым от мирового футбола совсем не получшело, а даже наоборот поплохело.
Виталий Кличко занимает значительную часть студийного места. Он смотрится как антропоморфная скала, объединяющая силу украинского спорта с неколебимостью официальных украинских позиций по поводу всего.
Один из присутствующих обращается к нему как к человеку, много жившему и сейчас, кажется, живущему в Западной Европе. Речь идёт о его знании запросов западных людей к уровню сервиса.
Кличко сурово парирует — да, бывал на Западе по роду своей деятельности, а живу на Украине. И весь сказ. К нему заходят с другого наводящего вопроса. Может ли устроить западных болельщиков — а ведь понаедут — туристическая инфраструктура, типа там быт и комфорт в Киеве.
Дело не в том, что у кого-то есть сомнения на этот счёт. Все, живущие в Киеве, и даже многие за пределами украинской столицы хорошо знают правильный ответ на правильно поставленный вопрос.
Но всё дело в желании найти единодушие с теми великими, кто представляет украинский спорт. С теми, кто фигурирует в телерекламе, на майках, кружках и даже пляжных полотенцах. Нет, не случилось искомого единодушия.
Вы спрашиваете, отобьём ли мы деньги, вкладываемые в «Евро-2012»? Нет, не отобъём, ответил Кличко, чтобы не снисходить до обсуждения гостиничного бизнеса. Но зато… — и он подчеркнул ряд позитивных моментов, которые не смотря ни на что будут иметь место в абстрактном будущем.
А тем временем из разговоров прочих участников программы становилось абсолютно ясно, что в Киеве не ведётся большого строительства гостиничных комплексов, удовлетворяющих современным стандартам.
То есть, конечно, можно ещё попытаться успеть что-нибудь построить, если прямо сейчас взяться срочно за дело.
Ведь инвестировать такие проекты не то чтобы не хотят.
А где вообще предполагают размещать основные массы гостей города, приезжающих на «Евро-2012»? Пока, по официальной версии, в некоем частном секторе.
Я была просто нокаутирована. Частный сектор на Украине и даже в Киеве — это совсем не то же самое, что частные трёх- и более звездочные отельчики и аппартаменты в Европе.
Ну и сдача квартир и комнат в наём тоже отличается избыточной колоритностью. Футбол будет лишним.
Эта нехитрая истина была в телестудии понятна почти всем. И почти все позволили себе тоже выпасть в осадок, озвучить и даже мимически воплотить своё отношение к «квартирному вопросу».
И ещё добавили, что туристическая инфраструктура в Киеве тоже оставляет желать лучшего.
Искренне рада свободе слова на украинском «Першем». Трудно представить, чтобы на каком-нибудь российском канале столь многословно и смачно прогнозировали конец света, который может грянуть в Сочи в 2014 году.
Тем не менее, в «Африканских страстях» забрезжили именно тени апокалипсиса, в самом конкретном и примитивном варианте. В виде европейского болельщика, заплутавшего между историческими достопримечательностями или же матерящегося по дороге с квартиры тёти Нюры на стадион.
С краешку восседал Савик Шустер в белой футболочке из-под полосатой рубашечки — в меру стилистически амерканизированный. Некогда он был знаменитым ведущим российского ток-шоу «Свобода слова» и посвящённой футболу программы «Третий тайм». Он воплощал американскую раскованность и космополитическое ощущение единства мира.
На «Першем» Савик Шустер смотрится немножко Мефистофелем, искушающем украинских людей в телестудиях возможностью сначала говорить, что на душе, а потом думать — то есть, идти вразрез с официальным суждением. А оно — о том, что всё есть и будет нормально.
Савик Шустер молчит. Но молчит так, что обязательно кто-то по соседству вдруг вскрикнет о том, что всё-таки хочется заработать что-нибудь на «Евро-2012», а не продуться в хлам, — и заработать для себя лично.
А кто-нибудь снова процитирует особо неудачную официальную идею о размещении гостей «Евро…» в санаториях.
Присутствие Савика Шустера с его ненавязчивым демонизмом акцентирует ситуацию искушения. Сегодня искушение являет всякое крупное и громкое мероприятие вроде футбольного чемпионата.
Провести его — почётная миссия, за которую необходимо бороться. Но провести его на должном уровне — не всегда реально, о чём вовремя думать не охота.
Соблазн мирового престижа и грех несоответствия нормам престижа витают над нациями, которые стремятся выглядеть круче и принадлежать к более крутой тусовке.
А если не получится?
Освободившись от многих патриархальных черт, суеверий и страхов, современное общество вырабатывает новые технологии производства древнего ужаса.
Народы позабыли, как это — ждать конца света, прикидывать его год и всерьёз обсуждать, как к нему лучше готовиться и вести себя в процессе...
Однако страшный суд как модель неизбежной катастрофы оказывается вновь актуальной. Даже структурообразующей и перспективной.
Страны, особенно проблемные, то и дело обзаводятся грядущими датами, когда может грянуть конец света. Судить прицельно никто никого не будет — достаточно наглядных результатов престижного мероприятия из разряда мировых.
Достаточно социальных и экономических результатов, количества забитых и пропущенных голов, а также тональности международного резонанса.
Пока до всего этого дойдёт дело, Киеву в статусе столицы «Евро-2012» остаётся около полутора лет. «Африканские страсти» выглядят виртуальной репетицией конца света в одной хорошо известной стране.
Кадры из ЮАР смотрятся как утешение для адаптации к неизбежному. А стиль дискуссии — стартом нового поствавилонского столпотворения.
Одни в студии говорят на украинском, другие отвечают им на чистом русском языке, даже без украинского говора, третьи ещё и вставляют в свои реплики английские выражения, стремясь показать своё неместное произношение.
Причём всякие умозаключения о национальной ориентации рискуют оказаться ложными. Выбранный для телеобщения язык может не совпадать с мировоззренческой позицией человека изъясняющегося. Кто чем владеет, тот на том и шпрехает.
Диалоги сразу на украинском и русском в порядке вещей во многих программах на многих украинских каналах.
Культурная идентификация сопутствует переживанию нынешнего хаоса и грядущего судного чемпионата.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Показательная порка .
Бывший премьер-министр Украины Юлия Тимошенко уже более десяти дней находится под арестом: держится стойко. - Золотой век цифры.
PricewaterhouseCoopers исследовала СМИ и развлечения. - Лев.
Памяти Льва Николаева (16.11.1937—21.05.2011). - Двенадцать.
На канале РЕН ТВ начала выходить программа «Приговор»: впервые на российском телевидении участники проекта могут влиять на судьбы осуждённых — ходатайствовать об их помиловании. - Оранжевая зараза.
О новой российской религии. Часть 2. - Марш энтузиастов.
Исторические споры ведут Украину к гибели. - Чем Путин отличается от Медведева?
От Листьева до Путина через Парфёнова: ТВ начало, а власть продолжила. - Ностальгия по советскому.
Как, с кем (а главное, зачем) мы проводили время у телевизора. - …И другие медийные лица.
Последнее ТВ-десятилетие: талантливых ведущих меньше, актёров больше, чем надо для ТВ. - Десять лет, которые перетряхнули ТВ.
Телевидение стало постполитическим, постидеологическим, вечно коммерческим .
