Подписаться на обновления
29 маяПонедельник

usd цб 56.7560

eur цб 63.6689

днём
ночью

Восх.
Зах.

18+

ОбществоЭкономикаВ миреКультураМедиаТехнологииЗдоровьеЭкзотикаКнигиКорреспонденцияНоосфера. Запуск
Литература  Кино  Музыка  Масскульт  Драматический театр  Музыкальный театр  Изобразительное искусство  В контексте  Андеграунд 
  среда, 18 января 2012 года, 10.43

Анатолий Смелянский: «В чем прелесть свободы?»
О тайнах театральных профессий, театральной критике (что в разборе спектакля главное?), телереальности, романтизме и трезвости


Анатолий Смелянский //Фото: Екатерина Цветкова
   увеличить размер шрифта уменьшить размер шрифта распечатать отправить ссылку добавить в избранное код для вставки в блог




Ты должен посмотреть спектакль, ты должен быть абсолютно наивным в момент смотрения, удалить все посторонние влияния на тебя, поглотить произведение и оформить свои ощущения в художественную форму, то есть передать впечатления от спектакля и заразить этим впечатлением – негативным или позитивным – читателя.

Одной из интереснейших встреч прошлого года стала для меня встреча с театральным критиком, историком театра, ректором Школы-студии МХАТ, профессором Анатолием Смелянским.

Открывая сезон МХТ, Олег Табаков рассказал на сборе труппы о планах театра в этом и будущем году и посетовал на журналистов, заклеймивших МХТ позором казнокрадства: «У нас в Саратове Волга разливается каждую весну, и так по ней тоже много дерьма плывет…» Встретившись с актёрами МХТ и представителями прессы, художественный руководитель театра Олег Павлович Табаков сообщил о планах театра на ближайший год, пожурил незадачливых нарушителей закона, посетовал на журналистов, поспешно заклеймивших МХТ позором казнокрадства, и прозрел будущее.

Анатолий Миронович – человек удивительный! Энциклопедист, знаток театра, театральный летописец в полном значении этого слова...

Он – блестящий рассказчик, его очень интересно слушать. На каждый вопрос следует полный, развернутый, обстоятельный ответ. При этом никакой зауми, никакого профессорского занудства.

Он убежден: «Критик должен утверждаться на любви, на сочувствии к делу, которым занимается театр». Он преподает, работает на телевидении, пишет книги и, как всегда, радуется удачам молодых режиссеров, актеров, людей театра.

А вот интервью Смелянский давать не любит. Говорит, что это «опасный жанр».

- У меня печальный опыт интервью в России. У нас очень развиты технологии вранья и использования человека в каких-то своих целях... Ты никогда не знаешь, что сделают из твоего интервью. Монтаж дошел до виртуозных степеней совершенства. Можно соединить любую фразу с любой. Поскольку я работаю на телевидении, я знаю, как это легко сделать. Поэтому я стараюсь не давать интервью. Считаю, что пришла пора ответственного слова, которого у нас, кстати, почти нет.

Заверив Анатолия Мироновича, что этот разговор будет для него абсолютно безопасным и смысл сказанного не поменяется на противоположный, я начал с вопроса о его американской педагогической деятельности.

— Я веду семестр в Москве и три месяца в году преподаю в Гарварде. Читаю курс «История русского и европейского театра XX века».

В конце девяностых годов Школа-студия МХАТ заключила партнерское соглашение с институтом Высшего театрального образования при Гарвардском университете о создании аспирантской программы. Она длится два года и три месяца.

Это очень известная в Америке программа – одна из трех-пяти лучших в США. Каждый год мы набираем восемнадцать актеров и четырех (как они говорят) драматургов, по-русски - завлитов. Это программа для американских студентов, но с русскими педагогами. Ее начинал Роман Козак.

Последние восемь лет (до своей смерти) он каждое лето преподавал актерское искусство. В числе преподавателей были Адольф Шапиро, Игорь Золотовицкий, Марина Брусникина.

Американским студентам предоставляется возможность три месяца жить и учиться в Москве. Гарвард исторически не признает театральное искусство достойным магистерской степени.

Странно, конечно, но это так. Магистерскую программу выпускникам дает Москва. Американские студенты имеют возможность оценить, что такое метод Станиславского и русская актерская школа. Селекция за эти годы достигла того, что мы получаем довольно значительное количество способных людей...

— В чем, по-вашему, сходства и различия русского и американского студентов?
— В каких-то основополагающих вопросах русские и американские актеры близки, тем более, что американский театр вырос из русского.

Не случайна мифология Станиславского в США. Зерна, посеянные Художественным театром в двадцатые годы, дали свои плоды. Американская театральная школа во многом пользуется методами Станиславского, но в каком-то своем, американском преломлении.

Разница в том, что у американских студентов другие ощущения от будущего, другая соревновательность. Школа-студия МХАТ - школа государственная и бесплатная.

Во многих театральных школах России огромное количество коммерческих курсов, но у нас пока такого нет.

В годы своего ректорства я убрал коммерческие факультеты. Если обучение бесплатное, почему не попробовать? А если человек платит за обучение и платит серьезные деньги, он хочет за эти деньги все познать и всему научиться.

Американское «Get life!» отличается от российского. Американские студенты более организованные, в большей степени знают, чего хотят, но в главных вещах, повторяю, очень похожи.

Психология актера та же самая. Актер – профессия эгоистическая, профессия зависимых людей, жизнь которых определяется мнением о них кого-то другого: зрителей, режиссера, художника, партнера. Актеры - люди, которые постоянно находятся в каком-то нервном возбуждении...

Преподавание и бытие человека в театральной школе очень зависит от того, как педагоги понимают актерскую психологию.

«Артист – хитрое животное»

— Можно ли в принципе научиться актерскому ремеслу?
— Обучение актерскому делу происходит чаще всего, как в средневековье – «посмотри на меня, делай, как я» или «стой рядом, смотри, учись», или «я тебе сейчас покажу, как надо делать».

Когда-то в одной из анкет по актерскому искусству (очень популярной в двадцатые годы) Михаила Чехова спросили, объясняет ли он артистам, как надо играть, или показывает. Чехов довольно парадоксально сформулировал ответ: «Артист - совершенно особая психика, особое существо. Когда он в творческом состоянии, он нормальной человеческой речи уже не понимает. Ему надо только показать».

Очень часто это так. Самые главные вещи попадают в актера путем показа, иногда – интонации, иногда – брошенного вскользь замечания, но чаще всего – примером мастера, который может сказать: «Вот, смотри!»

Олег Табаков мне как-то сказал: «Я вспоминаю своих педагогов и думаю: «Какое счастье, что у меня на курсе был Василий Осипович Топорков». От других я тоже учился, но самые важнейшие секреты профессии получил от прямого лицезрения играющего Топоркова».

Табаков формулирует: «Артист – хитрое животное». Иногда думают, что обучение актерскому мастерству – это разум, голова. Нет, это набор инстинктов, приемов, способов отношений с самим собой. Артист знает, как вызвать эмоцию, как привести себя в творческое состояние...

Это – тайны профессии, которых нет в книгах. Цепочка передачи умений идет чаще всего не в рассказе, а в показе, в заражении студента тем, что является сутью этой странной и, как говорит Табаков, «веселенькой» профессии.

Это, кстати, тоже не так часто формулируется.

В «веселенькой» профессии нужен кураж, драйв, постоянное ощущение себя в форме. Тогда это интересно! А актерство от головы - несчастье, депрессия, обида, закомплексованность.

Актер по природе своей – человек, который имеет тысячу лиц. Он играет ими, пока в нем живет сила игры. Мне кажется, профессия актера физиологична по своей природе. Это дано или не дано, как мужская сила, как сила любви.

Поэтому отбор в театральную школу очень странен. Ведь оцениваются вещи, которые нельзя измерить! Интересно на человека смотреть или нет; когда он смеется, притягивает меня или отталкивает; какое впечатление он производит, когда поет или танцует; может ли он чувствовать партнера, воспаляется он от партнера или нет...

Когда-то Юрский рассказывал про знаменитую артистку БДТ Эмилию Попову. Степень ее натуральности была такова, что Юрский-партнер «читал» по ее шее, насколько он правдив. Когда к ее шее приливала кровь и она багровела, он понимал, что находится в творческом состоянии.

Это – чистая физиология! По этим вещам принимают и судят актера, и этим вещам учат, то есть учат тому, чему научить нельзя.

— Какими качествами надо обладать, чтобы распознать талант у молодого студента? Почему у одних - Олега Павловича Табакова, например, - это получается, а у многих других его коллег – нет?
— Различают талант актера-педагога и актера-актера. Часто это не одно и то же. Талантливый педагог может и не быть талантливым артистом.

Я все чаще и чаще слышу от самых ведущих мастеров, что если ты не талантливый актер и не талантливый режиссер, вряд ли будешь талантливым педагогом.

Будешь способным, многое дающим студентам, но вот тем Топорковым, про которого вспоминал Табаков, вряд ли. Этим может заразить только талантливый педагог. Нужен нюх на талант.

— Анатолий Миронович, правда ли, что вы сами пробовали поступать в Школу-студию МХАТ и вас «завалил» Павел Массальский?
— Я поступал на курс, который он набирал. Да, я хотел быть актером. Я тогда не очень понимал, что не гожусь для этой «веселенькой» профессии. (Смеется. )

В мемуарной книге «Уходящая натура» я описываю, как это было. Меня выгнали с первого тура. Массальский, я думаю, меня не видел. Мастера приходят на второй тур. На первом туре студентов смотрят помощники.

Я думаю, меня выгнал кто-то из ассистентов Массальского. Это можно легко проверить, но я никогда этого не делал. Не знаю, кто убил во мне артиста, но я благодарен этому человеку.

Когда человека не принимают в театральную школу, он плачет, страдает и считает, что жизнь закончена. А очень часто он должен сказать спасибо, что его не допустили на опасную и ненужную дорогу жизни, не позволили стать самым несчастным человеком на земле, который не может реализоваться, завидует талантливым и сидит без работы...

Я всю жизнь был в профессии человека пишущего, говорящего, снимающего, что противоположно актерству по смыслу, по духу.

У меня мозги – важнейшая часть инструмента, а таланту перевоплощения я совершенно чужд.

— При этом ваши передачи на канале «Культура» – это цельные моноспектакли...
— Но это все-таки не актерство в чистом виде. Это театр историка театра, критика, человека, любящего артистов и дружащего с ними много лет, знающего закон взаимодействия говорящего человека с аудиторией.

Я занимаюсь телевидением больше двенадцати лет и за эти годы очень эволюционировал в телевизионных делах. Я начинал, не очень понимая, как это делать.

Я – человек публичного общения, читающий лекции каждый день десятилетиями, но когда я читаю, я вижу перед собой глаза людей, чувствую температуру зала и мгновенно получаю реакцию публики.

А остаться один на один с красным глазком горящей телекамеры – вот это кошмар. Многое зависит от того, в каком ты сегодня настроении, правильно ли поставили свет, не засвечивают ли тебе очки, как ты чувствуешь подмазанное лицо - на телевидении невозможно выйти с естественным лицом.

Обязательно тебя припудрят, чего-то замажут, и чувствуешь себя неудобно, неприятно, как гулящая девка, которая выходит в свет пройтись по бульвару...

Иногда это все кажется мерзко. Я же пришел рассказывать о Михаиле Чехове. При чем здесь мой лоб – напудрен он или нет? «Ну что вы – он же будет блестеть, а это отвлекает публику.»

Потом начинается искусство монтажа. Я не читаю по бегущей строке, а говорю сам. Говорю довольно гладко, но ведь невозможно говорить гладко час.

Значит, какие-то куски закрываются документальной хроникой, чем-то еще. Ты должен держать все время нить разговора. Иногда одну фразу делаешь раз сорок. Произносишь и сбиваешься, сбиваешься, сбиваешься, и ненавидишь себя, телевидение, и хочешь говорить только с живым человеком...

Я завидую тем виртуозам, которые замечательно умели говорить. Потрясающе рассказывали Ираклий Андроников, Юрий Михайлович Лотман. Я – заочный ученик Лотмана, много раз бывал в Тарту в шестидесятые годы, имел счастье с ним если не дружить, то по крайней мере общаться.

Когда он в годы перестройки записал лекции по истории культуры, для меня они стали образцами жанра.

Я с огромным трудом (не думаю, что научился до конца) освоил телевизионное пространство и сейчас могу органично для себя разговаривать с теми, кто сидит у себя в квартире и вполне может сказать: «Да надоел он мне – переключусь на Петросяна».

У меня есть некоторая уверенность в том, что если мне это интересно рассказывать, может быть, кому-то будет интересно слушать. На самом деле, это так и бывает. Как в театре.

«Критик – организатор последствий искусства»

— Анатолий Миронович, в советские времена в журнале «Театр» я читал ваши театральные статьи и рецензии. Что, по-вашему, главное в разборе спектакля? Как бы вы сформулировали основные требования к театральной рецензии?
— Я считаю настоящую театральную и любую другую критику в широком смысле слова частью литературы. Критерии те же и задачи те же.

Ключом к пониманию их неудовлетворённости собой, своим творчеством, своей жизнью неожиданно стал авторский цикл Анатолия Смелянского на канале «Культура» — «Михаил Чехов. Чувство целого». Это рассказ об артисте от Бога и к тому же о человеке, которого можно считать баловнем житейской судьбы. Он миновал многочисленные соблазны, искушения; сумел выйти из тени своего великого дяди — Антона Чехова, сумел как артист превзойти своего великого учителя — Константина Станиславского.

Ты должен посмотреть спектакль, ты должен быть абсолютно наивным в момент смотрения, удалить все посторонние влияния на тебя, поглотить произведение и оформить свои ощущения в художественную форму, то есть передать впечатления от спектакля и заразить этим впечатлением – негативным или позитивным – читателя.

Я не знаю, как этому можно научить. Я этому не учился. Я по образованию филолог, специалист по русской литературе.

После окончания факультета русского языка и литературы работал завлитом в Горьковском ТЮЗе, занимался Булгаковым. Театральные статьи и рецензии я стал писать по мере служения в театре, изнутри понимая, что и как происходит...

Невозможно заниматься театральной критикой вне литературной одаренности. Если человек не может писать, если язык не является его стихией, если он не понимает, что театральная рецензия – это попытка твоего художественного писания о спектакле, ничего не получится.

Можно художественно описывать жизнь – получится роман или повесть, или рассказ. Можно художественно описать явление театра. Это включает в себя все: жизнь, характеры, судьбы, состояние страны, мира...

Великая русская театральная критика началась с Белинского, который описал пьяного артиста Мочалова. Пьяного, потому что он иногда бывал пьян, играя Гамлета.

Белинский смотрел спектакль много раз, и статья «Мочалов играет Гамлета» стала, мне кажется, великим началом того, что можно называть художественной критикой в России. Известна фраза специалиста по психологии искусства Выгодского: «Критик – организатор последствий искусства».

Чтобы организовывать эти последствия, нужно обладать определенным дарованием.

— В Советском Союзе даже самые великие режиссеры, актеры прислушивались к критике...
— Бывало всякое. Я написал статью про неудачный спектакль «Мертвые души» великого режиссера Анатолия Васильевича Эфроса в театре на Малой Бронной.

Статья была опубликована в журнале «Театр». «Четыре круга»- кажется, так она называлась. Одна из важных для меня статей. Я восхищался Эфросом всю жизнь, считаю его самым талантливым режиссером, которого я когда-либо видел и имел счастье какое-то время быть рядом. Это было начало восьмидесятых годов – время «Тартюфа», «Живого трупа».

Мы работали вместе. Кризисный период, Эфрос вскоре уйдет из театра на Малой Бронной...

И вот открывается дверь в мою завлитовскую каморку на Тверском бульваре (это было, когда МХАТ был в том советском здании), входит Эфрос и говорит с осуждением: «Вы что написали? Это же профессорская критика».

Мол, высоколобая критика, не понимающая природы театра. Я отвечаю: «Ну как мог, так и написал, Анатолий Васильевич». А писал я, рассчитывая каждое слово, потому что боялся его обидеть. Я его высочайшим образом чтил. Спектакль мне не понравился, и я постарался искренне и честно отразить то, как я это увидел...

Потом произошло следующее. Эфрос пошел к Ефремову, поговорил с ним, и вскоре мы встретились втроем у Ефремова в кабинете. Эфрос спрашивает: «Олег, ты читал, что он написал про меня?»

Ефремов говорит: «Читал. Ты знаешь, если бы он про меня такое написал, я был бы горд». И оба засмеялись...

Понимаете, когда пишешь так называемую положительную статью, восхищаешься созданием режиссера или актера, реакция понятна: «Спасибо», «Замечательно» и так далее.

Класс критики проверяется на материале, когда тебе не понравилось, и ты не юлишь, не прячешься, а высказываешься до конца.

И если такая статья вызывает уважение того, про которого ты пишешь, - это высокий класс, это запоминается, остается в памяти и его, и твоей.

Комплимент забывается на следующее утро, а негативные вещи остаются зарубками в памяти.

Но если тебе что-то не понравилось и ты про это написал, приготовься к тому, что человек перестанет с тобой здороваться, что твои отношения с ним закончатся.

Артист физиологически устроен таким образом – он не принимает отрицания. Это как девушке искренно сказать: «Ты мне не нравишься». Ты для нее перестаешь существовать.

Серьезность критики проверяется в этих ситуациях. Можешь ли ты остаться на уровне, когда какое-то явление искусства ты не принимаешь и отрицаешь его всем своим существом.

Был у меня, конечно, опыт отрицательный, опыт разрывов. С некоторыми людьми после статей и книг, написанных двадцать пять лет назад, я больше никогда не разговаривал.

— Настолько обида была страшная?!
— Да. Причем, речь идет о крупнейших личностях. Но крупнейшие все-таки обладали способностью преодолевать раздражение.

Например, Георгий Александрович Товстоногов – умнейший человек, но очень обидчивый. Прочитав статью, он мог оценить систему разбора и систему отрицания, которые не унижают режиссера, а в каком-то смысле даже принимают его.

С точки зрения Георгия Александровича, это было не обидно – «мы с тобой находимся в поле искусства». После статьи об Эфросе вышел двухтомник Товстоногова «Зеркало сцены».

Георгий Александрович мне его прислал с дарственной надписью. Он написал чрезвычайно лестные – может быть, самые лестные в моей жизни - две строчки.

При этом очень часто пишущая братия воспринимается режиссером или актером по-другому: «Он ничего не понимает в нашей профессии, он и десятой доли не знает, что я прошел, репетируя пьесу, создавая спектакль». И так далее...

«...найти каждому креслу... достойную задницу»

— Анатолий Миронович, как бы вы определили сегодняшнее направление Художественного театра?
— Мне трудно определить, поскольку не я его веду. Театр ведет Олег Павлович Табаков. Он подчеркивает, что советуется со мной или с Инной Соловьевой, но советуется до поры до времени. Решения он принимает сам.

МХТ Табакова - это театр, похожий на него, я бы так сказал, как ефремовский МХАТ был похож на Ефремова, а театр Станиславского - на Станиславского.

Табаков пришел в театр после Ефремова. Это совершенно другой тип: комедийный актер, характерный артист. А Ефремов был социальный герой. Отсюда - разная установка. Табаков не терпит даже двух пустых мест в зале. Для него это трагедия. Как это так – два места не продано? У нас во МХАТе стопроцентная собираемость – небывалая вещь!

А Ефремову на это было наплевать. Конечно, хотелось бы, чтобы был полный зал. Но если трети зала нет, а спектакль кажется ему важным, и трети достаточно.

Ефремов совершенно не интересовался успешными, коммерческими вещами, а Олегу Павловичу важно, чтобы при появлении артиста зал тянулся к нему, чтобы была любовь зрителей. Табаков – человек успеха, а Ефремов – человек идеи...

Я могу назвать десятки различий, но это коренится даже не в сфере разума, а в типе актера, в типе того искусства, которое ему нравится.

Табакову нравится, когда театр полон, ему нравится, когда зрители счастливы, ему нравится, когда они всем залом падают от смеха или восторгаются. Это его театр.

Ефремовский театр другой. Это театр социального напряжения, театр мощных социальных размышлений. Это два совершенно разных театра. Театр Дон Кихота и Санчо Пансы.

«Театр надо делать» – главная фраза Ефремова, и слово Театр всегда надо писать с большой буквы. И табаковское: «Это веселенькое дело – актерство».

Я счастлив, что очень большую и важную часть жизни (двадцать лет) работал с Олегом-старшим и не менее счастлив и доволен, что последние двенадцать лет моей жизни непосредственно работаю с Табаковым (хотя дружу гораздо больше) в этом, совершенно другом, Художественном театре.

Трудно сказать, какой Художественный театр мне больше нравится. Были предлагаемые обстоятельства того времени – советского, потом постсоветского, были предлагаемые обстоятельства нулевых годов – самых трудных, самых сложных и художественно очень ответственных.

Как мы прошли этот период, не мне судить, хотя, конечно, у меня есть свои наблюдения, которые выражает пятисерийный фильм о Табакове.

Мои отношения с Табаковым там художественно сформулированы. Они гораздо полнее, чем если бы я сказал это одной фразой. Понятно, чем живет этот человек и какой театр он делает. Непроизвольно, даже без рациональных объяснений.

Как-то на коллегию во МХАТ позвали известного шекспироведа, моего друга Алексея Бартошевича. Он сказал: «Табаков пришел как новый менеджер, как актер, продюсер. Он не режиссер и в этом смысле напоминает Лоренса Оливье. Когда Оливье назначили руководителем Национального театра Лондона, все ждали от него программы на многие годы. Оливье сказал: «Моя программа заключается в том, чтобы найти каждому креслу Национального театра достойную задницу».

Это абсолютно табаковская программа, Табаков очень гордится заполнением мест в своем театре.

Глядя со стороны и участвуя в этом деле, я хочу сказать, что за эти десять лет сделаны замечательные вещи, а есть вещи безобразные, провальные, и Табаков это понимает не хуже тех, кто его критикует.

Табаков, как в свое время Ефремов, открыл двери театра самым талантливым режиссерам и актерам России. При этом он часто дает ставить спектакли тем, кто не может этого делать, отчаивается, потом сам себя ругает («больше никогда не дам»), потом опять дает...

Но в принципе Табаков осуществляет исторический переход между театром Ефремова конца двадцатого века и Художественным театром века двадцать первого.

— Кирилл Серебренников, Нина Чусова, Юрий Бутусов – вам интересны их работы? Считаете ли вы, что они достойно продолжают дело тех великих режиссеров, которых вы упоминали?
— Это другое поколение, другая Россия. Они отвечают другим вызовам.

Они очень разные. Кто-то мне менее интересен или почти не интересен, а кто-то интересен, с кем-то я работаю и довольно близко.

Кирилл Серебренников – педагог нашей Школы-студии. Экстравагантный, авангардный, шокирующий, у многих вызывающий отрицательные чувства. У меня – нет.

Он вызывает у меня большой интерес изобретательностью, предприимчивостью, образованностью, музыкальностью. Последние годы он сам оформляет свои спектакли. Читающий, ездящий по всему миру, вбирающий в себя. Ровный – нет, не ровный. Торопящийся – да. Желающий быть на пиру жизни – да.

Он поставил много спектаклей в Художественном театре, и Табаков пригласил его преподавать. Не было понятно, насколько он будет заниматься ребятами.

Сейчас они уже заканчивают четвертый курс и можно сказать: он серьезно занимается, развивает студентов и они сейчас на голову выше, чем когда пришли в школу.

Он ведет актерско-режиссерский курс, студенты участвуют у него во всех проектах, он – один из немногих режиссеров России, которые очень завязаны на европейскую театральную культуру...

Юра Бутусов мне кажется очень талантливым человеком. Большой путаник, он часто запутывает сам себя, и спектакль не получается, но мы вновь и вновь его приглашаем.

Он – одаренный человек, и в его мешанине и путанице иногда выходят озарения, как это было в «Ричарде III» и «Короле Лире» с Райкиным.

Искренний, ищущий, совершенно не корыстолюбивый, не занятый (в отличие от Серебренникова) в тусовке. Он очень интересно работает с артистами, особенно с теми, кто в него влюблен и кто идет за ним. Отбирает артистов, влюбляет их в себя, потом с ними делает один, другой, третий спектакль.

Вот это очень важно. Когда режиссер ставит один спектакль, актеры волнуются, нервничают и ничего не получается.

Когда у режиссера есть своя команда, актеры могут сделать в десять раз больше. У Серебренникова и Бутусова есть свои команды.

— Несколько лет назад вы сделали цикл программ о Чехове и в конце пятой части сказали о спектаклях, которые произвели на вас наибольшее впечатление. Ваш список заканчивался «Дядей Ваней» Туминаса в театре Вахтангова. За последние годы что нового появилось в вашем списке?
— Пожалуй, такого впечатления, которое произвел Туминас, его разработка «Дяди Вани» и работа Сережи Маковецкого, с тех пор не было.

Такие спектакли появляются раз в десять лет! Иногда производят впечатление какие-то «подвальные», экспериментальные работы. Вдруг что-то поражает, возникает ощущение новой жизни, ее норов, строение.

«Июль» Ивана Вырыпаева в театре «Практика», например. Полина Агуреева играет людоеда. Чудо, что она делает!

В 2010 году в качестве председателя жюри фестиваля «Золотая маска» я предложил дать спецпремию основателю и руководителю Пермского театра «У моста» Сергею Федотову (в честь двадцатилетия театра) и «подвальному» спектаклю Михаила Угарова «Жизнь удалась» в «Театре. Doc».

Это пьеса о школьниках и учителях. Грязнейшая по сюжету история. Вся пьеса построена на так называемой ненормативной лексике.

Первые пять минут я не мог ни смотреть, ни слушать, а минут через десять стал вовлекаться в этот сюжет. Я стал понимать, что пьеса, построенная на нецензурной лексике, говорит о нецензурности нашей жизни.

Не о том, каким языком мы говорим, а о том, как мы нецензурно живем и как мы привыкли к этому, как мы существуем в этом, как это стало нормой жизни.

Ардов-отец в мемуарах рассказывает, как один человек после революции вышел на улицу и вдруг услышал, что народ как-то странно говорит, все время употребляет слово, которое обозначает падшую женщину.

И получается примерно так: «Я, падшая женщина, иду, падшая женщина, вижу, падшая женщина, троллейбус, падшая женщина». Примерно такая пьеса. (Смеется. )

Спектакль получил спецпремию фестиваля «Золотая маска», и Угаров на церемонии вручения сказал: «Мы такого авангардизма от жюри не ожидали». Так что иногда я вылезаю из берлоги и смотрю новые спектакли.

«Это не романтизм – это экзистенциальная трезвость»

— Как изменился сегодня русский театр?
— Все изменилось. Жизнь изменилась, и театр стал другой. Я не склонен подпевать тем, кто говорят, что русский театр переливает помои в помои, что на сцене сплошная лабуда и коммерциализация.

При советской власти была сплошная идеологизация. На место чудовищной идеологической требухи, промывающей людям мозги, пришла коммерческая требуха.

И ее ровно столько же, сколько было раньше. Предпочитаю я ту или эту? И ту, и другую НЕ предпочитаю, но это так. Хороших, настоящих, интересных имен тогда было пять-шесть и сейчас столько же. Пропорции и объем добра и зла более-менее одинаковы. (Смеется. )

А стенать, стонать, проклинать, показывать на Германию – «смотрите, какой там интересный, экспериментальный театр, пьесы, которые у нас играют в подвалах, они играют на большой сцене» – бессмысленно.

В России это не прививается, и на такие пьесы у нас действительно ходят только в подвалы. И не нужно, чтобы они игрались на большой сцене. Это нормально. Есть off-Broadway и есть Broadway.

— Я вас слушаю с огромной радостью и делаю вывод, что слухи о смерти театра сильно преувеличены.
— Абсолютно. Театр – органическая вещь.

Если кто-то производит чепуху, это он так хочет. Ему не говорили поставить дурную американскую пьесу. Он сам хочет поставить дурную пьесу и заработать много денег. Ради Бога! Делай. Ты сам решаешь свою судьбу и сам рассчитаешься с вечностью.

И в Германии никто не призывает ставить социальные, остросовременные пьесы, в центре которых должен быть нагой человек, который мастурбирует на глазах у тысячи зрителей. Хочешь – делай это. Наверно, не на большой сцене МХТ. Вряд ли придут смотреть. А в подвале – давай.

В чем прелесть свободы? Когда ты сделаешь пять раз нечто, что тебе казалось невероятным, на шестой раз тебе скажут, что это уже видели.

— В интервью с главным режиссером Goodman Theatre Робертом Фоллсом я спросил у него о связях с российскими театральными деятелями. В ответе на этот вопрос он упомянул вашего друга Льва Додина и вас.
— Это не случайно. Мы собираемся пригласить Роберта поставить спектакль в Художественном театре.

Я надеюсь, в этом или следующем сезоне нам это удастся. Мы обсуждаем несколько пьес. «Смерть коммивояжера» А.Миллера, его постановки О’Нила, которые он очень успешно делал в Америке, может быть, что-то другое из того, что он предложит. Мы в процессе размышлений.

Я был в Goodman Theatre и видел его спектакли. Роберт – один из выдающихся режиссеров современной Америки. Он, мне кажется, режиссер, который может быть интересен Художественному театру.

Надеюсь, что он у нас будет. Хотя это связано с сотней обстоятельств, о которых он даже не догадывается. (Смеется. ) Я очень хочу, чтобы он приехал.

— С другой стороны, может быть, и кто-то из режиссеров Художественного театра поработает в Чикаго?..
— Если Роберт приедет в Москву и ему кто-то понравится, пусть приглашает. Мы поможем.

— Когда-то в статье о вас я прочел такую фразу: «Смелянский – профессор-романтик». Как вы считаете, вам подходит это определение?
— Я, конечно, профессор, это правда, но не романтик. В последнем семестре у меня училась студентка лет девятнадцати, очень умненькая. На презентации пьесы Чехова она сказала: «Главное качество Чехова – экзистенциальная трезвость».

Я тоже стараюсь быть трезвым. Никакой романтики. Романтика только в момент писания, когда ты должен влюбиться в свой объект. Без любви нельзя писать, без любви в искусстве ничего нельзя делать. А по отношению к театру - суровая трезвость без романтических иллюзий.

Видеть так, как есть, принимать это и по возможности помогать. Не быть позорным. Не быть стыдным, что в театре очень часто, к сожалению, случается.

Не хочется участвовать в стыдном деле. Это не романтизм – это экзистенциальная трезвость.

Вопросы задавал Сергей Элькин, Чикаго




ОТПРАВИТЬ:       



 




Статьи по теме:



«Фоменки» в зазеркалье

Шарм и смыслы «Амфитриона» Кристофа Рока

«Амфитрион» Кристофа Рока – первый опыт сотрудничества Мастерской Петра Фоменко с приглашенным режиссером-иностранцем. В отличие от многих коллег по цеху, руководитель лилльского Théâtre du Nord не пытается сказать новое слово о русской культуре. На московской сцене он поставил пьесу «самого французского драматурга». С истинно французским шармом.

30.04.2017 15:00, Татьяна Ратькина


О границах искусства и безграничности мастерства

«Все мои сыновья» в Театре имени Маяковского. Заметки на полях

«Все мои сыновья» в Театре имени Маяковского – хороший спектакль. По одноименной пьесе лауреата Пулитцеровской премии и мужа Мэрилин Монро Артура Миллера. С профессиональной актерской игрой, добротной сценографией, уместным музыкальным оформлением.

07.04.2017 16:00, Татьяна Ратькина


На пути к театру будущего

Об истории возникновения фестиваля школьных театров, его идее и пользе для детей

В московском Еврейском культурном центре на Большой Никитской 31 марта и 1 апреля пройдет Первый фестиваль школьных театров. Подробней об этом событии рассказывает один из организаторов мероприятия, Мария Полякова, учительница английского языка в городе Бутурлиновка.

28.03.2017 17:00, Артем Пудов


О роли двуличности в истории

Взлеты и падения «Тартюфа» Филиппа Григорьяна

Филипп Григорьян не принадлежит к числу простых и лаконичных режиссеров. После оглушающей какофонии «Женитьбы» и фееричного «Заводного апельсина» от него ждешь чего угодно. И попытка прочитать комедию Мольера как историю царской семьи вызывает разве что легкое удивление.

03.03.2017 16:00, Татьяна Ратькина


Заигрывая с пошлостью

О постановке Тимофея Кулябина«Иванов»

Ряды телекамер, мелькание узнаваемых лиц, приятное оживление и восторженное ожидание. В гардеробе не хватает вешалок; зрительный зал трещит по швам... «Иванов» в Театре Наций, пожалуй, самая громкая и обсуждаемая премьера сезона. И не только благодаря фантастическим ценам на билеты. В «Иванове» объединены главные компоненты блестящего спектакля. Классика драматургии. Яркие и уважаемые актеры: Евгений Миронов (Иванов), Чулпан Хаматова (Анна Петровна), Елизавета Боярская (Саша), Игорь Гордин (Лебедев), Виктор Вержбицкий (Шабельский). Режиссер, известный театральной публике по постановкам Шекспира и Еврипида, опере Доницетти и экспериментальным «Трем сестрам», а более широкой аудитории – по скандалу вокруг «Тангейзера».

19.02.2017 19:00, Татьяна Ратькина


Бездыханная жизнь

Депрессия, забота о климате и родительская любовь

Театр Наций старательно поддерживает репутацию одной из самых современных площадок Москвы. В ход идут не только постановки мэтров мировой режиссуры на основной сцене, но и камерные премьеры сцены малой. Например, «Дыхание» Марата Гацалова.

27.12.2016 19:00, Татьяна Ратькина


Эклектичная трагедия

Спектакль «Царь Эдип» в Театре имени Вахтангова

Миф об Эдипе принадлежит к тем немногим явлениям культуры, в которых веками видят символ человеческого бытия. Античная трагедия рока. Романтический идеал свободной личности, противостоящей воле богов. Набивший оскомину эдипов комплекс… Впрочем, обращаясь к драме Софокла, Римас Туминас предсказуемо не собирался иллюстрировать общепризнанные теории. Премьера Театра имени Вахтангова, по его словам, посвящена «утраченному величию». Ушедшему поколению, способному чувствовать вину и брать на себя ответственность. «Древним титанам», живущим под пристальным взглядом небес.

01.12.2016 20:27, Татьяна Ратькина


Голос без хора

Спектакль «Мандельштам. Век-волкодав» в Гоголь-центре

Биографами и библиографами, историками и литературоведами, писателями и читателями об Осипе Мандельштаме сказано столько, что любое новое сочетание слов кажется заведомо и безнадежно обреченным на вторичность. Может, поэтому в спектакле Гоголь-центра «Мандельштам. Век-волкодав» не нашлось места для описаний, объяснений или определений. Только музыка, перетекающая то в поэзию, то в раздражающий шум. Кружево пластических образов. И тишина.

14.11.2016 19:00, Татьяна Ратькина


«Дубровский» на Ok

Постановка «Черного русского» Максима Диденко

«Как и положено триллеру, «Черный русский» щекочет нервы. Слоган постановки гласит: «Вы приглашены в дом, где сходят с ума». И особняк Троекурова в Малом Гнездиковском переулке полтора часа силится соответствовать этому зловещему определению. Полумрак, тихое траурное пение, привратники с плетками, девушки-сомнамбулы с черными губами и остановившимся взглядом, пятна крови на стенах и потолке, мнимые опасности, которые влечет за собой нарушение правил: молчать, носить полученные при входе маски, не прикасаться к актерам и т.п. Ничего шокирующего и страшного здесь, разумеется, не произойдет. Но легкое возбуждение почтенной публике обеспечено».

17.10.2016 16:00, Татьяна Ратькина


Мой любимый кролик Эдвард

Начало театрального сезона в РАМТе

У каждого в детстве была любимая игрушка: с ней играли днем, спали ночью, болели и выздоравливали, не расставались ни на минуту. Именно о любимой игрушке спектакль «Кролик Эдвард» – одна из самых ярких премьер прошедшего сезона в РАМТе и во всей театральной Москве. Приключения игрушечного кролика – лишь внешний сюжет, внутри которого – тайны и открытия, завораживающие детей и их родителей.

17.09.2016 16:43, Лилия ЯЩЕНКО






 

Новости

Объявлены победители второго полуфинала "Евровидения-2017"
Европа определилась с финалистами песенного конкурса.
Создана карта Европы, где каждая страна представлена знаменитым произведением искусства
В сети появилась карта Европы, на которой каждую страну представляет какое-то знаковое для нее произведение искусства.
В память о трагедиях

В конце апреля Российский национальный оркестр даст концерты в память о жертвах двух великих трагедий XX века
22 апреля в Большом зале Московской консерватории состоится концерт, посвященный памяти жертв геноцида армян. 27 апреля Российский национальный оркестр выступит в память о погибших при ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС.

В США умер российский поэт Евгений Евтушенко
В США на 85 году жизни умер поэт Евгений Евтушенко. Об этом сообщил его близкий друг и почётный консул Белоруссии в Соединённых Штатах Михаил Моргулис.
В сети появилась литературная карта мира
На сайте Reddit появилась литературная карта мира, где каждая страна представлена своей самой известной книгой местного автора.

 

 

Мнения

Дмитрий Волошин

Три типа трудоустройства

Почему следует попробовать себя в разных типах работы и найти свой

Мне повезло. За свою жизнь я попробовал все виды трудоустройства. Знаю, что не все считают это везением: мол, надо работать в одном месте, и долбить в одну точку. Что же, у меня и такой опыт есть. Двенадцать лет работал и долбил, был винтиком. Но сегодня хотелось бы порассуждать именно о видах трудоустройства. Глобально их три: найм, фриланс и свой бизнес.

«Этим занимаются контрабандисты, этим занимаются налетчики, этим занимаются воры»

Обращение Анатолия Карпова к участникам пресс-конференции «Музею Рериха грозит уничтожение»

Обращение Анатолия Карпова, председателя Совета Попечителей общественного Музея имени Н. К. Рериха Международного Центра Рерихов, президента Международной ассоциации фондов мира к участникам пресс-конференции, посвященной спасению наследия Рерихов в России.

Марат Гельман

Пособие по материализму

«О чем я думаю? Пытаюсь взрастить в себе материалиста. Но не получается»

Сегодня на пляж высыпало много людей. С точки зрения материалиста-исследователя, это было какое-то количество двуногих тел, предположим, тридцать мужчин и тридцать женщин. Высоких было больше, чем низких. Худых — больше, чем толстых. Блондинок мало. Половина — после пятидесяти, по восьмой части стариков и детей. Четверть — молодежь. Пытливый ученый, быть может, мог бы узнать объем мозга каждого из нас, цвет глаз, взял бы сорок анализов крови и как-то разделил бы всех по каким-то признакам. И даже сделал бы каждому за тысячу баксов генетический анализ.

Владимир Шахиджанян

Заново научиться писать

Как овладеть десятипальцевым методом набора на компьютере

Это удивительно и поразительно. Мы разбазариваем своё рабочее время и всё время жалуемся, мол, его не хватает, ничего не успеваем сделать. Вспомнилось почему-то, как на заре советской власти был популярен лозунг «Даёшь повсеместную грамотность!». Людей учили читать и писать. Вот и сегодня надо учить людей писать.

Дмитрий Волошин, facebook.com/DAVoloshin

Теория самоневерия

О том, почему мы боимся реальных действий

Мы живем в интересное время. Время открытых дискуссий, быстрых перемещений и медленных действий. Кажется, что все есть для принятия решений. Информация, много структурированной информации, масса, и средства ее анализа. Среда, открытая полемичная среда, наработанный навык высказывать свое мнение. Люди, много толковых людей, честных и деятельных, мечтающих изменить хоть что-то, мыслящих категориями целей, уходящих за пределы жизни.

facebook.com/ivan.usachev

Немая любовь

«Мы познакомились после концерта. Я закончил работу поздно, за полночь, оборудование собирал, вышел, смотрю, сидит на улице, одинокая такая. Я её узнал — видел на сцене. Я к ней подошёл, начал разговаривать, а она мне "ыыы". Потом блокнот достала, написала своё имя, и добавила, что ехать ей некуда, с парнем поссорилась, а родители в другом городе. Ну, я её и пригласил к себе. На тот момент жена уже съехала. Так и живём вместе полгода».

Александр Чанцев

Вскоре похолодало

Уикэндовое кино от Александра Чанцева

Радость и разочарование от новинок, маргинальные фильмы прошлых лет и вечное сияние классики.

Ясен Засурский

Одна история, разные школы

Президент журфака МГУ Ясен Засурский том, как добиться единства подходов к прошлому

В последнее время много говорилось о том, что учебник истории должен быть единым. Хотя очевидно, что в итоге один учебник превратится во множество разных. И вот почему.

Ивар Максутов

Необратимые процессы

Тяжелый и мучительный путь общества к равенству

Любая дискриминация одного человека другим недопустима. Какой бы причиной или критерием это не было бы обусловлено. Способностью решать квадратные уравнения, пониманием различия между трансцендентным и трансцендентальным или предпочтениям в еде, вине или сексуальных удовольствиях.

Александр Феденко

Алексей Толстой, призраки на кончике носа

Александр Феденко о скрытых смыслах в сказке «Буратино»

Вы задумывались, что заставило известного писателя Алексея Толстого взять произведение другого писателя, тоже вполне известного, пересказать его и опубликовать под своим именем?

Игорь Фунт

Черноморские хроники: «Подогнал чёрт работёнку»...

Записки вятского лоха. Июнь, 2015

Невероятно красивая и молодая, размазанная тушью баба выла благим матом на всю курортную округу. Вряд ли это был её муж – что, впрочем, только догадки. Просто она очень напоминала человека, у которого рухнули мечты. Причём все разом и навсегда. Жёны же, как правило, прикрыты нерушимым штампом в серпасто-молоткастом: в нём недвижимость, машины, дачи благоверного etc.

Марат Гельман

Четыре способа как можно дольше не исчезнуть

Почему такая естественная вещь как смерть воспринимается нами как трагедия?

Надо просто прожить свою жизнь, исполнить то что предначертано, придет время - умереть, но не исчезнуть. Иначе чистая химия. Иначе ничего кроме удовольствий значения не имеет.

Андрей Мирошниченко, медиа-футурист, автор «Human as media. The emancipation of authorship»

О роли дефицита и избытка в медиа и не только

В презентации швейцарского футуриста Герда Леонарда (Gerd Leonhard) о будущем медиа есть замечательный слайд: кролик окружен обступающей его морковью. Надпись гласит: «Будь готов к избытку. Распространение, то есть доступ к информации, больше не будет проблемой…».

Михаил Эпштейн

Симпсихоз. Душа - госпожа и рабыня

Природе известно такое явление, как симбиоз - совместное существование организмов разных видов, их биологическая взаимозависимость. Это явление во многом остается загадкой для науки, хотя было обнаружено швейцарским ученым С. Швенденером еще в 1877 г. при изучении лишайников, которые, как выяснилось, представляют собой комплексные организмы, состоящие из водоросли и гриба. Такая же сила нерасторжимости может действовать и между людьми - на психическом, а не биологическом уровне.

Игорь Фунт

Евровидение, тверкинг и Винни-Пух

«Простаквашинское» уныние Полины Гагариной

Полина Гагарина с её интернациональной авторской бригадой (Габриэль Аларес, Иоаким Бьёрнберг, Катрина Нурберген, Леонид Гуткин, Владимир Матецкий) решили взять Евровидение-2015 непревзойдённой напевностью и ласковым образным месседжем ко всему миру, на разум и благодатность которого мы полагаемся.

Петр Щедровицкий

Социальная мечтательность

Истоки и смысл русского коммунизма

«Pyccкиe вce cклoнны вocпpинимaть тoтaлитapнo, им чyжд cкeптичecкий кpитицизм эaпaдныx людeй. Этo ecть нeдocтaтoк, npивoдящий к cмeшeнияи и пoдмeнaм, нo этo тaкжe дocтoинcтвo и yкaзyeт нa peлигиoзнyю цeлocтнocть pyccкoй дyши».
Н.А. Бердяев

Лев Симкин

Человек из наградного листа

На сайте «Подвиг народа» висят наградные листы на Симкина Семена Исааковича. Моего отца. Он сам их не так давно увидел впервые. Все четыре. Последний, 1985 года, не в счет, тогда Черненко наградил всех ветеранов орденами Отечественной войны. А остальные, те, что датированы сорок третьим, сорок четвертым и сорок пятым годами, выслушал с большим интересом. Выслушал, потому что самому читать ему трудновато, шрифт мелковат. Все же девяносто.

 

Календарь

Олег Давыдов

Колесо Екатерины

Ток страданий, текущий сквозь время

7 декабря православная церковь отмечает день памяти великомученицы Екатерины Александрийской. Эта святая считалась на Руси покровительницей свадеб и беременных женщин. В её день девушки гадали о суженом, а парни устраивали гонки на санках (и потому Екатерину называли Санницей). В общем, это был один из самых весёлых праздников в году. Однако в истории Екатерины нет ничего весёлого.

Ив Фэрбенкс

Нельсон Мандела, 1918-2013

5 декабря 2013 года в Йоханнесбурге в возрасте 95 лет скончался Нельсон Мандела. Когда он болел, Ив Фэрбенкс написала эту статью о его жизни и наследии

Достижения Нельсона Ролилахлы Манделы, первого избранного демократическим путем президента Южной Африки, поставили его в один ряд с такими людьми, как Джордж Вашингтон и Авраам Линкольн, и ввели в пантеон редких личностей, которые своей глубокой проницательностью и четким видением будущего преобразовывали целые страны. Брошенный на 27 лет за решетку белым меньшинством ЮАР, Мандела в 1990 году вышел из заточения, готовый простить своих угнетателей и применить свою власть не для мщения, а для создания новой страны, основанной на расовом примирении.

Молот ведьм. Существует ли колдовство?

5 декабря 1484 года началась охота на ведьм

5 декабря 1484 года была издана знаменитая «ведовская булла» папы Иннокентия VIII — Summis desiderantes. С этого дня святая инквизиция, до сих пор увлечённо следившая за чистотой христианской веры и соблюдением догматов, взялась за то, чтобы уничтожить всех ведьм и вообще задушить колдовство. А в 1486 году свет увидела книга «Молот ведьм». И вскоре обогнала по тиражам даже Библию.

Максим Медведев

Фриц Ланг. Апология усталой смерти

125 лет назад, 5 декабря 1890 года, родился режиссёр великих фильмов «Доктор Мабузе…», «Нибелунги», «Метрополис» и «М»

Фриц Ланг являет собой редкий пример классика мирового кино, к работам которого мало применимы собственно кинематографические понятия. Его фильмы имеют гораздо больше параллелей в старых искусствах — опере, балете, литературе, архитектуре и живописи — нежели в пространстве относительно молодой десятой музы.

Игорь Фунт

А портрет был замечателен!

5 декабря 1911 года скончался русский живописец и график Валентин Серов

…Судьба с детства свела Валентина Серова с семьёй Симонович, с сёстрами Ниной, Марией, Надеждой и Аделаидой (Лялей). Он бесконечно любил их, часто рисовал. Однажды Маша и Надя самозабвенно играли на фортепьяно в четыре руки. Увлеклись и не заметили, как братик Антоша-Валентоша подкрался сзади и связал их длинные косы. Ох и посмеялся Антон, когда сёстры попробовали встать!

Юлия Макарова, Мария Русакова

Попробуй, обними!

4 декабря - Всемирный день объятий

В последнее время появляется всё больше сообщений о международном движении Обнимающих — людей, которые регулярно встречаются, чтобы тепло обнять друг друга, а также проводят уличные акции: предлагают обняться прохожим. Акции «Обнимемся?» проходят в Москве, Санкт-Петербурге и других городах России.

Илья Миллер

Благодаря Годара

85 лет назад, 3 декабря 1930 года, родился великий кинорежиссёр, стоявший у истоков французской новой волны

Имя Жан-Люка Годара окутано анекдотами, как ни одно другое имя в кинематографе. И это логично — ведь и фильмы его зачастую представляют собой не что иное, как связки анекдотов и виньеток, иногда даже не скреплённые единым сюжетом.

Денис Драгунский

Революционер де Сад

2 декабря 1814 года скончался философ и писатель, от чьего имени происходит слово «садизм»

Говорят, в штурме Бастилии был виноват маркиз де Сад. Говорят, он там как раз сидел, в июле месяце 1789 года, в компании примерно десятка заключённых.

Александр Головков

Царствование несбывшихся надежд

190 лет назад, 1 декабря 1825 года, умер император Александра I, правивший Россией с 1801 по 1825 год

Александр I стал первым и последним правителем России, обходившимся без органов, охраняющих государственную безопасность методами тайного сыска. Четверть века так прожили, и государство не погибло. Кроме того, он вплотную подошёл к черте, за которой страна могла бы избавиться от рабства. А также, одержав победу над Наполеоном, возглавил коалицию европейских монархов.

Александр Головков

Зигзаги судьбы Маршала Победы

1 декабря 1896 года родился Георгий Константинович Жуков

Его заслуги перед отечеством были признаны официально и всенародно, отмечены высочайшими наградами, которых не имел никто другой. Потом эти заслуги замалчивались, оспаривались, отрицались и снова признавались полностью или частично.


 

Интервью

«Музыка Земли» нашей

Пианист Борис Березовский не перестает удивлять своих поклонников: то Прокофьева сыграет словно Шопена – нежно и лирично, то предстанет за роялем как деликатный и изысканный концертмейстер – это он-то, привыкший быть солистом. Теперь вот выступил в роли художественного руководителя фестиваля-конкурса «Музыка Земли», где объединил фольклор и классику. О концепции фестиваля и его участниках «Частному корреспонденту» рассказал сам Борис Березовский.

Александр Привалов: «Школа умерла – никто не заметил»

Покуда школой не озаботится общество, она так и будет деградировать под уверенным руководством реформаторов

Конец учебного года на короткое время поднял на первые полосы школьную тему. Мы воспользовались этим для того, чтобы побеседовать о судьбе российского образования с научным редактором журнала «Эксперт» Александром Николаевичем Приваловым. Разговор шёл о подлинных целях реформы образования, о том, какими знаниями и способностями обладают в реальности выпускники последних лет, бесправных учителях, заинтересованных и незаинтересованных родителях. А также о том, что нужно, чтобы возродить российскую среднюю школу.

Василий Голованов: «Путешествие начинается с готовности сердца отозваться»

С писателем и путешественником Василием Головановым мы поговорили о едва ли не самых важных вещах в жизни – литературе, путешествиях и изменении сознания. Исламский радикализм и математическая формула языка Платонова, анархизм и Хлебников – беседа заводила далеко.

Дик Свааб: «Мы — это наш мозг»

Всемирно известный нейробиолог о том, какие значимые открытия произошли в нейронауке в последнее время, почему сексуальную ориентацию не выбирают, куда смотреть молодым ученым и что не так с рациональностью

Плод осознанного мыслительного процесса ни в коем случае нельзя считать продуктом заведомо более высокого качества, чем неосознанный выбор. Иногда рациональное мышление мешает принять правильное решение.

«Триатлон – это новый ответ на кризис среднего возраста»

Михаил Иванов – тот самый Иванов, основатель и руководитель издательства «Манн, Иванов и Фербер». В 2014 году он продал свою долю в бизнесе и теперь живет в США, открыл новый бизнес: онлайн-библиотеку саммари на максимально полезные книги – Smart Reading.

Андрей Яхимович: «Играть спинным мозгом, развивать анти-деньги»

Беседа с Андреем Яхимовичем (группа «Цемент»), одним из тех, кто создавал не только латвийский, но и советский рок, основателем Рижского рок-клуба, мудрым контркультурщиком и настоящим рижанином – как хороший кофе с черным бальзамом с интересным собеседником в Старом городе Риги. Неожиданно, обреченно весело и парадоксально.

«Каждая собака – личность»

Интервью со специалистом по поведению собак

Антуан Наджарян — известный на всю Россию специалист по поведению собак. Когда его сравнивают с кинологами, он утверждает, что его работа — нечто совсем другое, и просит не путать. Владельцы собак недаром обращаются к Наджаряну со всей страны: то, что от творит с животными, поразительно и кажется невозможным.

«Самое большое зло, которое может быть в нашей профессии — участие в создании пропаганды»

Правила журналистов

При написании любого текста я исхожу из того, что никому не интересно мое мнение о происходящем. Читателям нужно само происходящее, моя же задача - максимально корректно отзеркалить им картинку. Безусловно, у меня есть свои личные пристрастия и политические взгляды, но я оставлю их при себе. Ведь ни один врач не сообщает вам с порога, что он - член ЛДПР.

Юрий Арабов: «Как только я найду Бога – умру, но для меня это будет счастьем»

Юрий Арабов – один из самых успешных и известных российских сценаристов. Он работает с очень разными по мировоззрению и стилистике режиссёрами. Последние работы Арабова – «Фауст» Александра Сокурова, «Юрьев день» Кирилла Серебренникова, «Полторы комнаты» Андрея Хржановского, «Чудо» Александра Прошкина, «Орда» Андрея Прошкина. Все эти фильмы были встречены критикой и зрителями с большим интересом, все стали событиями. Трудно поверить, что эти сюжеты придуманы и написаны одним человеком. Наш корреспондент поговорила с Юрием Арабовым о его детстве и Москве 60-х годов, о героях его сценариев и религиозном поиске.