Алексей Федорченко запускается с новой картиной. Сценарий «Небесных жён луговых мари» написан Денисом Осокиным ещё до «Овсянок». Это 25 волшебных историй о марийских женщинах, имя каждой начинается на букву «о». Фильм будет озвучен на марийском языке, идти с субтитрами.
В зале Дома кино идёт премьерный показ «Овсянок», одной из лучших российских лент последнего времени. И точно уж самой награждаемой из всех когда-либо сделанных в Екатеринбурге. Список призов постоянно множится: Венеция, Владивосток, Абу-Даби. В фойе — живой птичий гам. Клетки, что стоят одна на другой, напоминают этажи небоскрёбов. С создателями картины мы беседуем тут же, в кафе.
Вопросы Алексею Федорченко:
— Как ты решился стать режиссёром?
— Я выпускник УПИ, по образованию инженер-экономист. Работал организатором производства в объединении неигрового кино «Надежда». Когда директором Свердловской киностудии был назначен Георгий Негашев (режиссёр-документалист. — С.А.), он предложил мне стать его заместителем по экономике. Нам пришлось отстаивать киностудию от бандитов, от банков, от судов, от коммунальных служб, от ОБЭПа…
— На творческую стезю Алексея затянуло общение с режиссёрами, — вступает в разговор Дмитрий Воробьёв, исполнительный продюсер «Овсянок». — В обязанность руководителей киностудии входит обсуждение творческого процесса. Однажды Алексею сказали, что его присутствие на худсоветах не обязательно. Специального образования нет. Думаю, это очень задело его.
— Может, я и не понимал, что хорошо, но видел, что плохо. И при этом права высказать своё мнение не имел. Поехал поступать во ВГИК, на сценарный. Не для того, чтобы снимать кино. Хотел получить диплом, а с ним и возможность говорить то, что думаю.
Во время учёбы начал делать свой первый фильм. Назывался он «Классика Z», восемь минут, пять известных сюжетов — «Гадкий утёнок», «Маугли», Кармен». Во всех ролях — настоящие животные.
Снимались у меня марабу, черепахи, утки, гусеницы, все сделали то, чего я от них добивался. Говорю гусю: «Встань, посмотри в щёлку и отходи». Он выполнил все указания точно. У меня мороз по коже!
С тех пор актёров сравниваю с животными. Вот артист пытает меня: про что кино, какова сверхзадача? Я ему: «Встань, пройдись по диагонали, такую задачу и гусь выполнял». К счастью, мне попадаются понятливые исполнители. Я не ищу артиста, который может сыграть героя. Я героя ищу. Настоящего. Гусь так гусь!
— Кто-то из журналистов заметил, что Аист, герой «Овсянок», в определённых ракурсах похож на самого режиссёра.
— Правда? Для меня это новость. Был момент, когда я ощущал себя совсем другим персонажем «Овсянок», Мироном. Мы с писателем Денисом Осокиным поехали по маршруту, описанному в его повести.
Я сидел за рулём, как Мирон. Денис рядом, как Аист (некоторые свои тексты Осокин подписывает этим именем. — С.А.). Всё как в книжке. Не было только мёртвой женщины да клетки с птицами. Ловил себя на мысли: неужели и мы рухнем с моста?
Кстати, за время этой поездки я отыскал все объекты для натурных съёмок. Мне нравится, что герои отчасти напоминают меня. В моём предыдущем фильме «Железная дорога» похожесть автора и героя совсем не случайна.
Я в какой-то степени отождествлял себя с ним. А может, мои представления о себе не во всём адекватны. Есть запись — Денис Осокин пародирует Федорченко-режиссёра. Один в один. Какой же дурак я, если взглянуть со стороны!
Обращаюсь к исполнительному продюсеру Дмитрию Воробьёву:
— Какие производственные трудности пришлось преодолеть во время съёмок картины?
— Это был сложный проект, из-за большого числа экспедиций. Режиссёр с оператором решили снимать натуру в городке Кослан. Автомобильного сообщения нет.
Ближайший крупный центр — Сыктывкар — за двести километров. Добирались туда своим ходом, группу из Сыктывкара отправляли железнодорожным составом, грузили на платформу операторскую технику и «гелендваген», который снимался в нашем кино.
После съёмок в Кослане нужно было совершать бросок в Нижний Новгород. Хватало проблем. В фильме много мостов. Чтобы снять сцену на мосту, нужно перекрывать движение. Согласование — головная боль, письма в многочисленные инстанции приходилось отправлять за три месяца.
Фильм должен был завершиться эффектной аварией: пробив ограждение, автомобиль падает в реку. Подготовили каскадёров. Но режиссёр передумал в последний момент. Катастрофу показали иносказательно: камера крутится, удар, затемнение.
К нашему столику подходит Игорь Мишин, генеральный продюсер «Овсянок». «Сейчас бы мы сделали всё по-другому, — говорит он. — В Кослан не поехали точно, снимали бы посёлки по дороге в Ханты-Мансийск». Алексей Федорченко мнения не меняет: «Всё было сделано правильно. Я уверен, что это духи места нам помогли. В кадре реальные мерянские земли, чувствуешь характер народа, что когда-то населял эти края».
— Игорь, какие поправки в сценарий вносили именно вы?
— Я сразу сказал: мы будем делать кино о любви. В повести история размыта: едут в машине два мужика и мёртвая женщина, на заднем сиденье, ничего их не связывает, кроме общей мерянской крови.
В кино отношения между людьми должны быть более внятными. Мы придумали любовный треугольник, треугольник без острых углов. Мирон любит Татьяну плотски, как законный супруг жену, Аист — мечтательно, платонически.
Если бы возник адюльтер, история бы развалилась. Надо было пройти по краю. Кажется, удалось: бытовой сюжет возвысился до уровня настоящего эпоса.
— Европейский прокат «Овсянок» начался одновременно с российским. Как вы смогли так быстро наладить контакт с западными дистрибьюторами?
— Европейские прокатчики заинтересовались «Овсянками» ещё до показа в Венеции. В марте в Париже состоялась презентация новых российских проектов. Дистрибьюторы посмотрели материал. Предсказали «Овсянкам» счастливую фестивальную судьбу и купили права на картину. Ещё на стадии постпродакшена.
В англоязычных странах лента идёт под названием «Безмолвные души» (речевая цитата из фильма: «Тихие, безмолвные души»), во Франции её переименовали в «Последнее путешествие Тани».
— Алексей, а что ты намерен делать после «Овсянок»?
— Запускаюсь с новой картиной. Сценарий называется «Небесные жёны луговых мари». Он написан Денисом Осокиным. Ещё до «Овсянок».
Двадцать пять волшебных историй о марийских женщинах, имя каждой начинается на букву «о». Фильм будет озвучен на марийском языке, идти с субтитрами.
Незнакомая речь, если вслушаться, несёт в себе поэзию, отзвук природных стихий. Есть вероятность, что новую жизнь получит фильм «Железная дорога».
Картина была закончена в 2008-м, в самый разгар кризиса, а потому не смогла пробиться в прокат. Будем готовить сокращённый вариант, фильм выйдет под новым названием. Проектом заинтересовались американцы.
— От суеты фестивальной ещё не устал?
— Устал, конечно. Но представлять картину — профессиональная обязанность режиссёра. На фестивале в Арабских Эмиратах я произнёс спич: «Благодарю жюри и зрителей за то, что приняли наше кино. И поняли, какое чувство мы воспеваем. Ведь в основе всех мировых религий — любовь».
В кулуарах ко мне подошла Ума Турман, она возглавляла жюри. По-русски могла сказать всего одну фразу: «Я тебя лублю!» Рад был ответить: «А я тебя!»
Для Умы Турман, как и для нас, тех, кто делал «Овсянок», любовь — главнейшая из религий.
Беседовал Сергей Анашкин
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Константин Богомолов: «Я веду речь о ханжестве…».
Известный театральный режиссер о советской власти, христианстве и интеллигенции. - Круглые светящиеся существа и все их помышления.
Что такое пресловутая «духовность»? Три слоя фильма «Марта Марси Мэй Марлен». - Сердца четырех.
«Фауст» Александра Сокурова как завершение тетралогии, четырехчастного проекта о власти. - Рано Кубаева: «О некоторых странностях «неженской» профессии».
Стоя по ту сторону камеры, никто тебе не даст поблажки, потому что ты женщина, потребуют точно так же, как с мужчины. - Культ символичности.
20 января родился режиссёр Федерико Феллини. - Анатолий Смелянский: «В чем прелесть свободы?» .
О тайнах театральных профессий, театральной критике (что в разборе спектакля главное?), телереальности, романтизме и трезвости. - Грани интимности.
В новом выставочном пространстве photohub_Manometr на ArtPlay открывается выставка фотографий Кирилла Серебренникова. - Фриц Ланг. Апология усталой смерти.
5 декабря 1890 года родился режиссёр великих фильмов «Доктор Мабузе…», «Нибелунги», «Метрополис» и «М». - Дарья Екамасова: «Актёрская профессия — как в омут с головой…».
Исполнительница главной роли в фильме «Жила-была одна баба» — об опасностях съёмочной площадки, о мате в театре и новом видении «Гамлета». - Не блядь, а крановщица.
Три разговора Игоря Манцова и Вадима Касаткина про Александра Миндадзе. Разговор третий: «Магнитные бури».
