Одна знатная немецкая дама так выразила своё мнение о молодом Петре I, совершавшем свой первый вояж по Европе: «Это очень хороший и одновременно очень дурной человек». Подобным же образом можно охарактеризовать и личность Александра Меншикова — самого яркого из петровских соратников, многие годы исполнявшего роль alter ego великого государя. В ноябре 1673 года родился Александр Меншиков.
В феерической карьере Меншикова славные дела и подвиги органично соединились с эпизодами выдающегося казнокрадства, мздоимства, грабительства чужих достояний. На вершине своего могущества он де-факто управлял Российским государством, но не сумел удержаться. Современники радовались падению ненасытного властолюбца и корыстолюбца. Но последующие правители России оказались гораздо хуже свергнутого ими Меншикова.
Из грязи в князи
Александр Меншиков родился 16 ноября 1673 года (по другим источникам — 6-го, 12-го по старому стилю) в семье московского простолюдина (по некоторым сведениям — православного выходца из Литвы, то есть белоруса) Данилы Меншикова, занимавшего какую-то незначительную должность в конюшенном ведомстве. Воспитывался юный Алексашка на московских улицах, образование он получил в лучшем случае отрывочное. В 13 лет уже самостоятельно кормился, продавая пироги. Умный, обаятельный и сноровистый подросток по счастливой случайности попал к Лефорту, а от него — к молодому царю Петру.
Принятый на должность денщика, Александр Меншиков стал доверенным лицом, слугой-товарищем своего царственного сверстника. Дружбой и службой он добился высоких чинов и великих наград. Умный, изобретательный, чуткий ко всякой новизне, он стал незаменимым исполнителем великих замыслов царя-реформатора. Офицерские чины один за другим добывал честно, участвуя в боевых действиях бок о бок со своим августейшим патроном.
В 1702—1703 годах отличился дерзкой отвагой при взятии Нотебурга (нынешний Шлиссельбург) и в боях на Неве. При осаде Нарвы Меншиков придумал военную хитрость, позволившую выманить из крепости и уничтожить значительную часть вражеского гарнизона. А в 1706 году он уже самостоятельно командовал русскими войсками, действовавшими в Польше, где одержал блестящую победу при Калише. В этом сражении Меншиков продемонстрировал качества незаурядного военачальника: точно рассчитал момент удара и опрокинул вражеское войско мощным натиском драгунских полков.
Вершиной военной карьеры Меншикова стало его участие в Полтавской битве. Он командовал авангардом, затем левым флангом русской армии, а после битвы преследовал разгромленную шведскую армию и почти всю её пленил у переправы через Днепр.
Полтавская победа принесла Александру Меншикову звание генерал-фельдмаршала. Его успехи на административном поприще Пётр I также оценил по достоинству. Меншиков был назначен губернатором Санкт-Петербурга, сенатором, президентом Военной коллегии. Он стал кавалером ордена Андрея Первозванного, графом и князем Священной Римской империи, светлейшим князем Российской империи.
На грани падения
Царские награды и пожалования сделали Александра Меншикова богатейшим магнатом России, но не могли утолить его ненасытную алчность, соединённую с азартом хищника, не знающего нравственных ограничений.
Меншиков неоднократно уличался в присвоении казённых средств и лишь благодаря снисходительности Петра отделывался выплатой крупных штрафов (а иногда угощался по-домашнему царской дубинкой). «Где дело идёт о жизни или чести человека, то правосудие требует взвесить на весах беспристрастия как преступления его, так и заслуги, оказанные им Отечеству и государю, — считал Пётр, — а он мне и впредь нужен».
Подворовывали и другие сподвижники Петра (хотя и не столь дерзко, как Меншиков), но царь не мог к ним относиться со всей строгостью в критические годы Северной войны и коренных преобразований, изменивших судьбу страны.
В 1721 году война окончилась, Россия утвердилась в статусе империи и у императора, отца отечества, появилась возможность заняться наведением порядка в делах управления. Пётр не мог не начать борьбу с коррупцией, пронизавшей все уровни государственной власти. Пошли громкие судебные процессы, опалы, ссылки и казни коррупционеров. При этом стали проявляться и подлинные масштабы злоупотреблений светлейшего князя Меншикова, постепенно утратившего доверие Петра. В 1724 году бывший царский любимец лишился должности президента Военной коллегии и оказался на грани окончательного падения: против него поднимался целый ворох старых и новых следственных дел.
Но в январе 1725 года Пётр Великий тяжко заболел и вскоре умер, его антикоррупционные заботы сразу же утратили актуальность.
Правитель государства
Пётр I не оставил никакого завещания, но после его смерти империя не осталась без власти. Обладая громадным авторитетом в военных и бюрократических кругах, Меншиков объединил силы испытанных сподвижников Петра и добился передачи престола императрице-вдове Екатерине I, с которой всегда поддерживал дружеские отношения. После этого он стал главным советником государыни и сконцентрировал в своих руках основные рычаги управления империей.
Его власть при Екатерине была, однако, ограничена Верховным тайным советом, над которым светлейший князь не имел полного контроля. Да и сама императрица, хотя и царствовала не управляя, могла в некоторых случаях проявлять собственную волю, не подчиняясь воле Меншикова. Даже при наличии таких ограничителей фактический правитель государства временами зарывался, впадая в захватнический азарт. Но в целом период его правления прошёл для Российской империи вполне благополучно и не без пользы. Им проводилась политика сдержанная и осторожная, ориентированная главным образом на сохранение и развитие (с некоторыми коррективами) достижений великого царя-преобразователя.
Меншиков благоразумно избежал войны с Данией, которую стремился развязать зять Екатерины Карл Фридрих, герцог Голштинский (обосновавшийся в Петербурге после свадьбы с цесаревной Анной Петровной).
Сохранение мира позволило сократить расходы на армию, что было необходимо в условиях крайнего истощения экономики и хронического дефицита финансовых поступлений. Ради этой же цели несколько уменьшили и упростили громоздкий государственный аппарат, отпустив часть служивого дворянства устраивать личные дела. Предприняли некоторые меры по облегчению торговой и промышленной деятельности. Наметили (но не успели осуществить) снижение налогового бремени.
Уже в 1726 году здоровье Екатерины I стало стремительно ухудшаться, и Меншиков убедил императрицу подписать тестамент — завещание, определявшее порядок престолонаследия после её смерти. Этим исторически значимым документом впоследствии утверждалась законность власти императрицы Елизаветы Петровны и всех её преемников из династии Романовых. Но в ситуации 1727 года тестамент был выгоден прежде всего самому Меншикову. Ибо наследником первой очереди тогда признавался внук Петра I, одиннадцатилетний Пётр Алексеевич, а светлейший князь становился его опекуном вплоть до совершеннолетия. К тому же один из пунктов завещания Екатерины предписывал будущему императору жениться на дочери светлейшего князя.
Триумф и крах
Весной 1727 года, когда императрица медленно угасала от неизлечимой болезни, Меншиков нанёс решительный удар по своим противникам — вчерашним соратникам, помогавшим воцарить Екатерину. Были арестованы по вздорным обвинениям и осуждены скоротечным судом граф Пётр Толстой, генерал-полицмейстер Петербурга Девриен, генерал Бутурлин и другие влиятельные вельможи. Приговор был объявлен от имени императрицы — в день её смерти. Вскоре после этого Меншиков выдворил из России герцога Голштинского с цесаревной Анной. Император-отрок беспрекословно подписал указ о присвоении Меншикову чина генералиссимуса и обручился с Марией, старшей дочерью своего опекуна.
Вполне уверившись в своём всемогуществе, Меншиков, по свидетельству прусского посла Мардефельда, одновременно «принял все меры, которые должны были ускорить его падение, и легкомысленно отказался от всего того, что ему советовали добрые люди, следуя единственно своей страстью к деньгам и необузданному честолюбию». Он избавился от явных врагов, но враги тайные сплели сеть интриг, вырвав из рук светлейшего князя главное орудие его власти — императора Петра II. Указы, подписанные своенравным ребёнком, настроенным против своего опекуна, лишили Меншикова всех чинов, должностей, богатств. Он вместе со всем своим семейством был отправлен в ссылку в далёкий сибирский город Берёзов. Где и скончался 23 ноября 1729 года.
Эпилог: Россия без Меншикова
Вполне закономерное падение Меншикова повлекло за собой массу негативных последствий.
Пётр II оказался в плотном окружении семейства Долгоруких, всячески потакавших капризам царственного ребёнка, весьма довольного тем, что его считают как бы взрослым. Князья Долгорукие и примкнувшие к ним князья Голицыны образовали сплочённую камарилью, взяли под контроль Верховный тайный совет и принялись управлять Россией на свой лад, удовлетворяя прежде всего собственные родовые интересы. Среди этих двух семейств, прославленных древностью и знатностью, было немало людей образованных, достойных, имевших заслуги перед Отечеством. Но, оказавшись у власти, князья Долгорукие и Голицыны вели себя как лакеи, завладевшие ключами от господских кладовых, не умея позаботиться даже о собственном будущем.
Отрок-император умер в возрасте 15 лет по небрежности своих новых опекунов — от болезни, вполне поддававшейся лечению. Затем по инициативе тех же Долгоруких и Голицыных престол достался (в нарушение тестамента) Анне Иоанновне, вдовствующей герцогине Курляндской, вместе с которой прибыл небезызвестный г-н Бирон. Власть над Россией на целое десятилетие досталась кучке иноземцев, алчных, жестоких и чуждых национальным интересам страны, которой они управляли.
В мрачную пору бироновщины младшие дети опального князя, Александр и Александра Меншиковы, выжившие в Сибири, были возвращены из ссылки, им вернули титулы и часть конфискованного имущества.
