Ирина Гончарова (она же Mirina, Mirinda Strigo) — член правления Международной лиги преподавателей эсперанто (ILEI), член совета Российского союза эсперантистов, координатор московского эсперанто-клуба EK MASI, преподаватель эсперанто в московских вузах, автор оригинальных методик и учебников, переводчик. «Часкор» поговорил с Ириной о семейных ценностях, конгрессах эсперантистов и автостопе.
— Ваша дочь Света — четвёртое поколение эсперантистов в вашей семье. Её прабабушка с прадедушкой познакомились в 1920-е в омском эсперанто-клубе и всю жизнь были активными эсперантистами. Бабушка Светы также выучила язык и в 1966 году отправилась на свой первый эсперанто-слёт в Литву, взяв с собой дочь-десятиклассницу, то есть вас. С тех пор вы в эсперанто. Вы знакомы со многими единомышленниками по всему миру. Обычно они первое, второе или, может, третье поколение эсперантистов в своих семьях?
— Наша ситуация уникальная. Наверное, в мире есть аналоги, но я про них не знаю. Интерес к эсперанто скорее не связан с наследственностью. Более того, детям часто неинтересно то, чем живут родители. В этом плане показателен пример моего мужа. В первом браке у него двое детей, он их воспитывал точно так же, как потом Свету, — говорил с ними исключительно на эсперанто. Его сыну Сергею под сорок, он до сих пор говорит с отцом только на эсперанто, при этом он никогда не интересовался эсперанто-движением.
— Я знаю, что первое слово Светы было на эсперанто. Какое, кстати?
— Kato — кошка, потом уже «мама» по-русски. Ну, это курьёз, не знаковая вещь.
Мало передать язык по наследству. Человек становится эсперантистом, если подключается к среде, эсперанто-жизни. Сергей не говорит со своими детьми на эсперанто, хотя блестяще им владеет. Он, как и Света, билингва.
Я всегда разговаривала со своим ребёнком на нашем родном языке, на русском. Когда мы с её отцом развелись, ей было пять лет и у неё прекратились источники пополнения словарного запаса и развития языка.
— И что было дальше?
— Что у неё осталось в плане поддержки языка? Гости, которые приходили к нам, говорили на эсперанто, она слышала его как фон, но говорила по-русски, многочисленные эсперанто-встречи, слёты, в которых она участвовала вместе со мной. Она росла в среде, но не использовала язык активно. Прошло четыре года, я была уверена, что язык она забыла. Но тут к нам в гости приехал мой друг швед — Бенгт Арне Викстрём. Как раз планировался Всемирный эсперанто-конгресс в Вене, и он был председателем оргкомитета. Его дети — сверстники Светы. У сына Давида Эмиля в подростковом возрасте эсперанто вызывал протест, он не хотел ни говорить на нём, ни участвовать в эсперанто-жизни отца — его интересовала тогда только рок-музыка. Позже Давид Эмиль стал президентом Всемирной молодёжной эсперанто-организации (TEJO), а его сестра Анна Лаура — известной активисткой всемирного молодёжного эсперанто-движения.
Бенгт Арне русского языка не знает. И вот он говорит: «Давай твоя дочка покажет мне Одинцово» (мы там живём). — «Пожалуйста, только не знаю, как вы будете общаться». Через час возвращаются и он сообщает: «Она хорошо говорит на эсперанто и должна поехать на детский эсперанто-конгресс». Я как раз собиралась на большой конгресс, но не думала брать Свету с собой.
— Конгрессы бывают нескольких типов?
— Трёх — большой Всемирный эсперанто-конгресс, молодёжный и детский. Родители приезжают на большой конгресс и, чтобы дети не болтались у них под ногами, сдают их на детский конгресс. Оба конгресса проходят одновременно, детский недалеко от взрослого, обычно в соседнем городке, километрах в сорока-шестидесяти, так что каждый день туда не побегаешь; надо заметить, серьёзное испытание для непривычных родителей, да и для новеньких детей — ведь вся жизнь на малом конгрессе проходит только на эсперанто. Конгрессы длятся семь дней. На детском мало тех, кто изучают эсперанто, в основном там билингвы. От 30 до 60 человек с пяти до четырнадцати лет, воспитатели-эсперантисты организуют для них программу. Всё это несколько напоминает пионерский лагерь.
В последний день на конгрессе в Вене, когда я забирала Свету, ко мне подходили воспитатели, хвалили её за свободное владение языком, за общительность: «Мы, конечно, увидимся в Валенсии». Так она всех очаровала. И мы действительно увиделись на следующий год — мне предложили поработать воспитателем на детском конгрессе в Валенсии, а это бесплатная поездка для меня и ребёнка. Платишь только за дорогу.
Молодёжный конгресс тоже ежегодный. Организаторы устраивают так, чтобы участники одного конгресса могли легко переехать на другой. В прошлом году мы были на молодёжном конгрессе в чешском городе Либерец, а потом кто-то поехал в польский Белосток на большой конгресс. Следующим летом в Гаване два конгресса идут друг за другом.
В программах больших конгрессов есть и серьёзная часть (как продвигать эсперанто на уровне правительств, в Евросоюзе, методика преподавания и т.д.), и развлекательная. Очень много туризма, знакомство со страной. На всемирных конгрессах бывает минимум человек семьсот, а то и до пяти тысяч. Вступительный взнос очень существенный, хотя есть градации по странам, но это дорогое мероприятие. Люди в возрасте до 20 лет не платят взнос за участие.
— Из этого можно сделать вывод, что эсперантисты весьма состоятельные люди.
— Взнос за участие — это оплата за проезд, проживание и питание отдельно, он составляет от 100 до 200 евро. Жильё предоставляется разное — от дешёвого примитивного, в своих спальниках, до пятизвёздочных отелей. Первый взнос включает и оплату программы. Ты везде ходишь по беджику конгресса, по нему порой можно бесплатно ездить в городском транспорте. Не люблю большие конгрессы, обычно езжу на молодёжные.
— Я знаю, вы большой любитель автостопа.
— К сожалению, сейчас мало езжу стопом. Мои ученики и друзья хорошо зарабатывают, любят комфорт, хотят летать самолётами. Меня это безумно угнетает, но, поскольку для меня в любом деле важна компания, мне тоже приходится жить в хороших гостиницах, есть в ресторанах, хотя раньше я прекрасно без этого обходилась. Некоторых мне удаётся поставить на трассу, но таких немного, не то что в 1990-е годы.
— А как получилось, что вы впервые отправились стопом?
— С конгресса в Валенсии со Светой. А всё потому, что у нас кончились деньги. Вернее, не так. Не бывает, чтобы я осталась без денег. Я осторожный человек, на подкорке знаю, что они есть, но будто их нет и не будет. У вас должна быть убеждённость, что у вас нет денег, иначе вас никто не повезёт. Представьте ситуацию: у вас на пальце кольцо с бриллиантом (в случае чего вы не помрёте с голоду), но вообще-то вы не можете купить себе билет на автобус, из-за этого вы же не будете сдавать в ломбард кольцо. Раз денег нет, но ехать надо — вставай на трассу.
— Вы преподаёте эсперанто в Московском государственном индустриальном университете. Ваш предмет в обязательной программе или это предмет по выбору?
— Да, в обязательной. Студенты получают дополнительное магистерское образование в Международной академии наук в Сан-Марино, где эсперанто официальный — язык.
— Вы ведёте разнообразные языковые курсы. Кто туда приходит, для чего им язык?
— Ключевая мотивация — общение. Люди ищут себе подобных. У тех, кто выбирает эсперанто, хотя бы одна точка соприкосновения, а потом выясняется, что есть и другие общие интересы.
— Недавно прошёл IV Международный фестиваль языков, который организует московский молодёжный эсперанто-клуб EK MASI.
— У нас в клубе около 70 человек, из членов клуба нынешний фестиваль делали человек тридцать. Эти ребята закончили у меня курс, а потом вступили в эсперанто-клуб. У нас бурная культурная и социальная жизнь, мы много путешествуем по нашей стране и по зарубежным эсперанто-мероприятиям.
— В России первый фестиваль прошёл в 1996 году в Чебоксарах. В Москве это мероприятие вы устроили четыре года назад. Что такое фестиваль языков?
— Особенность фестиваля в открытых презентациях языков мира в форме мини-уроков, лекций, в возможности пообщаться на иностранном языке с носителями. Открывает и закрывает фестиваль многонациональный концерт.
Идея фестиваля принадлежит американскому лингвисту и общественному деятелю эсперантисту Денису Кифу. В 1995 году на первый фестиваль во французском городе Тур собралось почти 800 учащихся. За эти годы фестивали прошли в Венесуэле, Словакии, США, Украине, Финляндии, Франции, Швеции… В России лидер проведения фестивалей языков — Чувашская эсперанто-ассоциация, а именно Александр Блинов. Также фестивали регулярно проходят в Волгограде, Ульяновске, Санкт-Петербурге.
С этой идеей я носилась с 2000 года. Мы ездили каждый год в Чебоксары, видели команду, понимали, как они всё делают. Решиться мне помогли парадоксальные обстоятельства. Четыре года назад сюда приехали две сестры — самые активные девочки из чебоксарского эсперанто-движения. «В Москве до сих пор нет фестиваля? Сейчас мы его сделаем». — «Правда? Возьмите меня. Я рядом постою, может, чем-то пригожусь». Девочки разворачивают деятельность, наводят связи… Начинается подготовительная работа, и вдруг выясняется, что там, где они рассчитывали получить помещение, никто о них не знает и знать не хочет, девочки разворачиваются и уезжают по своим делам, потому что здесь они были проездом. А я остаюсь с начатым проектом, без помещения, без публики, без всего. Но дело было запущено. Я бы рухнула, если бы рядом не было Маши Терёхиной, которая сказала: «Что ж, раз начали, будем делать».
— Она тоже эсперантистка?
— Причём высокого класса. Маша — организатор от Бога, как от Бога у неё всё другое — она художник, лингвист, певица, актриса, блистательный человек. Она была первым лицом первого фестиваля, я вторым. Так бы всё и по сей день осталось, да Маша уехала в Китай… Так вот, тогда, в 2006-м, удалось мне найти помещение, среднюю школу. Благодаря эсперанто-клубу создать команду оказалось не так сложно.
— За четыре года фестиваль изменился. Что получилось, что нет?
— Всё получилось. Это такое благодатное дело, сюда только всё приходит — новая энергетика и новые силы. Фестиваль растёт, крепнет и качество команды, и презентаций. В этом году мы представляли 56 языков, а начинали с тридцати. И число участников увеличилось вдвое.
— Не знаю, насколько вы типичный эсперантист, но, когда смотрю на вас, кажется, что эсперантисты очень активные люди, или это больше ваша личная активность?
— Эсперантисты — очень разные по темпераменту и склонностям. Многие общаются в интернете, и им больше ничего не нужно. Но вот мнение о том, что все эсперантисты — это необычные, яркие и талантливые люди, я бы поддержала.
Беседовала Елена Калашникова
